| I'm not a professor of sociology, of course, but it interested me, and really, if it interests you, you ought to study it." | Я, разумеется, не социальный профессор, но меня это интересовало, и, право, если вас интересует, вы займитесь. |
| "But what conclusion have they come to?" | -- Но к чему же они пришли? |
| "Excuse me..." | -- Виноват... |
| The two neighbors had risen, and Sviazhsky, once more checking Levin in his inconvenient habit of peeping into what was beyond the outer chambers of his mind, went to see his guests out. | Помещики встали, и Свияжский, опять остановив Левина в его неприятной привычке заглядывать в то, что сзади приемных комнат его ума, пошел провожать своих гостей. |
| Chapter 28 | XXVIII. |
| Levin was insufferably bored that evening with the ladies; he was stirred as he had never been before by the idea that the dissatisfaction he was feeling with his system of managing his land was not an exceptional case, but the general condition of things in Russia; that the organization of some relation of the laborers to the soil in which they would work, as with the peasant he had met half-way to the Sviazhskys', was not a dream, but a problem which must be solved. | Левину невыносимо скучно было в этот вечер с дамами: его, как никогда прежде, волновала мысль о том, что то недовольство хозяйством, которое он теперь испытывал, есть не исключительное его положение, а общее условие, в котором находится дело в России, что устройство какого-нибудь такого отношения рабочих, где бы они работали, как у мужика на половине дороги, есть не мечта, а задача, которую необходимо решить. |
| And it seemed to him that the problem could be solved, and that he ought to try and solve it. | И ему казалось, что эту задачу можно решить и должно попытаться это сделать. |
| After saying good-night to the ladies, and promising to stay the whole of the next day, so as to make an expedition on horseback with them to see an interesting ruin in the crown forest, Levin went, before going to bed, into his host's study to get the books on the labor question that Sviazhsky had offered him. | Простившись с дамами и обещав пробыть завтра еще целый день, с тем чтобы вместе ехать верхом осматривать интересный провал в казенном лесу, Левин перед сном зашел в кабинет хозяина, чтобы взять книги о рабочем вопросе, которые Свияжский предложил ему. |
| Sviazhsky's study was a huge room, surrounded by bookcases and with two tables in it--one a massive writing table, standing in the middle of the room, and the other a round table, covered with recent numbers of reviews and journals in different languages, ranged like the rays of a star round the lamp. | Кабинет Свияжского была огромная комната, обставленяая шкафами с книгами и с двумя столами -- одним массивным письменным, стоявшим посередине комнаты, и другим круглым, уложенным, звездою вокруг лампы, на разных языках последними нумерами газет и журналов. |
| On the writing table was a stand of drawers marked with gold lettering, and full of papers of various sorts. | У письменного стола была стойка с подразделенными золотыми ярлыками ящиками различного рода дел. |
| Sviazhsky took out the books, and sat down in a rocking-chair. | Свияжский достал книги и сел в качающееся кресло. |
| "What are you looking at there?" he said to Levin, who was standing at the round table looking through the reviews. | -- Что это вы смотрите? -- сказал он Левину, который, остановившись у круглого стола, переглядывал журналы. |
| "Oh, yes, there's a very interesting article here," said Sviazhsky of the review Levin was holding in his hand. "It appears," he went on, with eager interest, "that Friedrich was not, after all, the person chiefly responsible for the partition of Poland. | -- Ах да, тут очень интересная статья, -- сказал Свияжский про журнал, который Левин держал в руках. -- Оказывается, -- прибавил он с веселым оживлением, -- что главным виновником раздела Польши был совсем не Фридрих. |
