| If her illness was a trick, he would say nothing and go away again. | Если ее болезнь есть обман, то он промолчит и уедет. |
| If she was really in danger, and wished to see him before her death, he would forgive her if he found her alive, and pay her the last duties if he came too late. | Если она действительно больна, при смерти и желает его видеть пред смертью, то он простит ее, если застанет в живых, и отдаст последний долг, если приедет слишком поздно. |
| All the way he thought no more of what he ought to do. | Всю дорогу он не думал больше о том, что ему делать. |
| With a sense of weariness and uncleanness from the night spent in the train, in the early fog of Petersburg Alexey Alexandrovitch drove through the deserted Nevsky and stared straight before him, not thinking of what was awaiting him. | С чувством усталости и нечистоты, производимым ночью в вагоне, в раннем тумане Петербурга Алексей Александрович ехал по пустынному Невскому и глядел пред собою, не думая о том, что ожидало его. |
| He could not think about it, because in picturing what would happen, he could not drive away the reflection that her death would at once remove all the difficulty of his position. | Он не мог думать об этом, потому что, представляя себе то, что будет, он не мог отогнать предположения о том, что смерть ее развяжет сразу всю трудность его положения. |
| Bakers, closed shops, night-cabmen, porters sweeping the pavements flashed past his eyes, and he watched it all, trying to smother the thought of what was awaiting him, and what he dared not hope for, and yet was hoping for. | Хлебники, лавки запертые, ночные извозчики, дворники, метущие тротуары, мелькали в его глазах, и он наблюдал все это, стараясь заглушить в себе мысль о том, что ожидает его и чего он не смеет желать и все-таки желает. |
| He drove up to the steps. | Он подъехал к крыльцу. |
| A sledge and a carriage with the coachman asleep stood at the entrance. | Извозчик и карета со спящим кучером стояли у подъезда. |
| As he went into the entry, Alexey Alexandrovitch, as it were, got out his resolution from the remotest corner of his brain, and mastered it thoroughly. | Входя в сени, Алексей Александрович как бы достал из дальнего угла своего мозга решение и справился с ним. |
| Its meaning ran: | Там значилось: |
| "If it's a trick, then calm contempt and departure. | "Если обман, то презрение спокойное, и уехать. |
| If truth, do what is proper." | Если правда, то соблюсти приличия". |
| The porter opened the door before Alexey Alexandrovitch rang. | Швейцар отворил дверь еще прежде, чем Алексей Александрович позвонил. |
| The porter, Kapitonitch, looked queer in an old coat, without a tie, and in slippers. | Швейцар Петров, иначе Капитоныч, имел странный вид в старом сюртуке, без галстука и в туфлях. |
| "How is your mistress?" | -- Что барыня? |
| "A successful confinement yesterday." | -- Вчера разрешились благополучно. |
| Alexey Alexandrovitch stopped short and turned white. | Алексей Александрович остановился и побледнел. |
| He felt distinctly now how intensely he had longed for her death. | Он ясно понял теперь, с какой силой он желал ее смерти. |
| "And how is she?" | -- А здоровье? |
| Korney in his morning apron ran downstairs. | Корней в утреннем фартуке сбежал с лестницы. |
