| "I'm not interrupting you?" said Stepan Arkadyevitch, on the sight of his brother-in-law becoming suddenly aware of a sense of embarrassment unusual with him. | -- Я не мешаю тебе? -- сказал Степан Аркадьич, при виде зятя вдруг испытывая непривычное ему чувство смущения. |
| To conceal this embarrassment he took out a cigarette case he had just bought that opened in a new way, and sniffing the leather, took a cigarette out of it. | Чтобы скрыть это смущение, он достал только что купленную с новым способом открывания папиросницу и, понюхав кожу, достал папироску. |
| "No. | -- Нет. |
| Do you want anything?" Alexey Alexandrovitch asked without eagerness. | Тебе нужно что-нибудь? -- неохотно отвечал Алексей Александрович. |
| "Yes, I wished...I wanted...yes, I wanted to talk to you," said Stepan Arkadyevitch, with surprise aware of an unaccustomed timidity. | -- Да, мне хотелось... мне нужно по... да, нужно поговорить, -- сказал Степан Аркадьич, с удивлением чувствуя непривычную робость. |
| This feeling was so unexpected and so strange that he did not believe it was the voice of conscience telling him that what he was meaning to do was wrong. | Чувство это было так неожиданно и странно, что Степан Аркадьич не поверил, что это был голос совести, говоривший ему, что дурно то, что он был намерен делать. |
| Stepan Arkadyevitch made an effort and struggled with the timidity that had come over him. | Степан Аркадьич сделал над собой усилие и поборол нашедшую на него робость. |
| "I hope you believe in my love for my sister and my sincere affection and respect for you," he said, reddening. | -- Надеюсь, что ты веришь в мою любовь к сестре и в искреннюю привязанность и уважение к тебе, -- сказал он, краснея. |
| Alexey Alexandrovitch stood still and said nothing, but his face struck Stepan Arkadyevitch by its expression of an unresisting sacrifice. | Алексей Александрович остановился и ничего не отвечал, но лицо его поразило Степана Аркадьича бывшим на нем выражением покорной жертвы. |
| "I intended...I wanted to have a little talk with you about my sister and your mutual position," he said, still struggling with an unaccustomed constraint. | -- Я намерен был, я хотел поговорить о сестре и о вашем положении взаимном, -- сказал Степан Аркадьич, все еще борясь с непривычною застенчивостью. |
| Alexey Alexandrovitch smiled mournfully, looked at his brother-in-law, and without answering went up to the table, took from it an unfinished letter, and handed it to his brother-in-law. | Алексей Александрович грустно усмехнулся, посмотрел на шурина и, не отвечая, подошел к столу, взял с него начатое письмо и подал шурину. |
| "I think unceasingly of the same thing. | -- Я не переставая думаю о том же. |
| And here is what I had begun writing, thinking I could say it better by letter, and that my presence irritates her," he said, as he gave him the letter. | И вот что я начал писать, полагая, что я лучше скажу письменно и что мое присутствие раздражает ее, -- сказал он, подавая письмо. |
| Stepan Arkadyevitch took the letter, looked with incredulous surprise at the lusterless eyes fixed so immovably on him, and began to read. | Степан Аркадьич взял письмо, с недоумевающим удивлением посмотрел на тусклые глаза, неподвижно остановившиеся на нем, и стал читать. |
| "I see that my presence is irksome to you. | "Я вижу, что мое присутствие тяготит вас. |
| Painful as it is to me to believe it, I see that it is so, and cannot be otherwise. | Как ни тяжело мне было убедиться в этом, я вижу, что это так и не может быть иначе. |
