| Alexey Alexandrovitch would have made some reply, but tears stopped him. | Алексей Александрович хотел что-то ответить, но слезы остановили его. |
| "This is an unhappy fatality, and one must accept it as such. I accept the calamity as an accomplished fact, and am doing my best to help both her and you," said Stepan Arkadyevitch. | -- Это несчастие роковое, и надо признать его.Я признаю это несчастие совершившимся фактом и стараюсь помочь и ей и тебе, -- сказал Степан Аркадьич. |
| When he went out of his brother-in-law's room he was touched, but that did not prevent him from being glad he had successfully brought the matter to a conclusion, for he felt certain Alexey Alexandrovitch would not go back on his words. | Когда Степан Аркадьич вышел из комнаты зятя, он был тронут, но это не мешало ему быть довольным тем, что он успешно совершил это дело, так как он был уверен, что Алексей Александрович не отречется от своих слов. |
| To this satisfaction was added the fact that an idea had just struck him for a riddle turning on his successful achievement, that when the affair was over he would ask his wife and most intimate friends. He put this riddle into two or three different ways. | К этому удовольствию примешивалось еще и то, что ему пришла мысль, что, когда это дело сделается, он жене и близким знакомым будет задавать вопрос: "Какая разница между мною и государем? Государь делает развод -- и никому оттого не лучше, а я сделал развод, и троим стало лучше... Или: какое сходство между мной и государем? Когда... |
| "But I'll work it out better than that," he said to himself with a smile. | Впрочем, придумаю лучше", -- сказал он себе с улыбкой. |
| Chapter 23 | XXIII . |
| Vronsky's wound had been a dangerous one, though it did not touch the heart, and for several days he had lain between life and death. | Рана Вронского была опасна, хотя она и миновала сердце. И несколько дней он находился между жизнью и смертью. |
| The first time he was able to speak, Varya, his brother's wife, was alone in the room. | Когда в первый раз он был в состоянии говорить, одна Варя, жена брата, была в его комнате. |
| "Varya," he said, looking sternly at her, "I shot myself by accident. | -- Варя!-- сказал он, строго глядя на нее, -- я выстрелил в себя нечаянно. |
| And please never speak of it, and tell everyone so. | И, пожалуйста, никогда не говори про это и так скажи всем. |
| Or else it's too ridiculous." | А то это слишком глупо! |
| Without answering his words, Varya bent over him, and with a delighted smile gazed into his face. | Не отвечая на его слова, Варя нагнулась над ним и с радостной улыбкой посмотрела ему в лицо. |
| His eyes were clear, not feverish; but their expression was stern. | Глаза были светлые, не лихорадочные, но выражение их было строгое. |
| "Thank God!" she said. "You're not in pain?" | -- Ну, слава богу!-- сказала она. -- Не больно тебе? |
| "A little here." He pointed to his breast. | -- Немного здесь. -- Он указал на грудь. |
| "Then let me change your bandages." | -- Так дай я перевяжу тебе. |
| In silence, stiffening his broad jaws, he looked at her while she bandaged him up. | Он, молча сжав свои широкие скулы, смотрел на нее, пока она перевязывала его. |
| When she had finished he said: | Когда она кончила, он сказал: |
| "I'm not delirious. Please manage that there may be no talk of my having shot myself on purpose." | -- Я не в бреду; пожалуйста, сделай, чтобы не было разговоров о том, что я выстрелил в себя нарочно. |
