| He was equally unable to work when he was cold and when he was too much affected and saw everything too much. | Он одинаково не мог работать, когда был холоден, как и тогда, когда был слишком размягчен и слишком видел все. |
| There was only one stage in the transition from coldness to inspiration, at which work was possible. | Была только одна ступень на этом переходе от холодности ко вдохновению, на которой возможна была работа. |
| Today he was too much agitated. | А нынче он слишком был взволнован. |
| He would have covered the picture, but he stopped, holding the cloth in his hand, and, smiling blissfully, gazed a long while at the figure of John. | Он хотел закрыть картину, но остановился и, держа рукой простыню, блаженно улыбаясь, долго смотрел на фигуру Иоанна. |
| At last, as it were regretfully tearing himself away, he dropped the cloth, and, exhausted but happy, went home. | Наконец, как бы с грустью отрываясь, опустил простыню и, усталый, но счастливый, пошел к себе. |
| Vronsky, Anna, and Golenishtchev, on their way home, were particularly lively and cheerful. | Вронский, Анна и Г оленищев, возвращаясь домой, были особенно оживлены и веселы. |
| They talked of Mihailov and his pictures. | Они говорили о Михайлове и его картинах. |
| The word _talent_, by which they meant an inborn, almost physical, aptitude apart from brain and heart, and in which they tried to find an expression for all the artist had gained from life, recurred particularly often in their talk, as though it were necessary for them to sum up what they had no conception of, though they wanted to talk of it. | Слово талант, под которым они разумели прирожденную, почти физическую способность, независимую от ума и сердца, и которым они хотели назвать все, что переживаемо было художником, особенно часто встречалось в их разговоре, так как оно им было необходимо, для того чтобы называть то, о чем они не имели никакого понятия, но хотели говорить. |
| They said that there was no denying his talent, but that his talent could not develop for want of education--the common defect of our Russian artists. | Они говорили, что в таланте ему нельзя отказать, но что талант его не мог развиться от недостатка образования -- общего несчастия наших русских художников. |
| But the picture of the boys had imprinted itself on their memories, and they were continually coming back to it. | Но картина мальчиков запала в их памяти, и нет-нет они возвращались к ней. |
| "What an exquisite thing! | -- Что за прелесть! |
| How he has succeeded in it, and how simply! | Как это удалось ему и как просто! |
| He doesn't even comprehend how good it is. | Он и не понимает, как это хорошо. |
| Yes, I mustn't let it slip; I must buy it," said Vronsky. | Да, надо не упустить и купить ее, -- говорил Вронский. |
| Chapter 13 | XIII. |
| Mihailov sold Vronsky his picture, and agreed to paint a portrait of Anna. | Михайлов продал Вронскому свою картинку и согласился делать портрет Анны. |
| On the day fixed he came and began the work. | В назначенный день он пришел и начал работу. |
| From the fifth sitting the portrait impressed everyone, especially Vronsky, not only by its resemblance, but by its characteristic beauty. | Портрет с пятого сеанса поразил всех, в особенности Вронского, не только сходством, но и особенною красотою. |
| It was strange how Mihailov could have discovered just her characteristic beauty. | Странно было, как мог Михайлов найти ту ее особенную красоту. |
