| "I had not thought of that," said Alexey Alexandrovitch, evidently agreeing. | -- Я не думал об этом, -- сказал Алексей Александрович, очевидно соглашаясь. |
| Countess Lidia Ivanovna hid her face in her hands and was silent. she was praying. | Графиня Лидия Ивановна закрыла лицо руками и помолчала. Она молилась. |
| "If you ask my advice," she said, having finished her prayer and uncovered her face, "I do not advise you to do this. | -- Если вы спрашиваете моего совета, -- сказала она, помолившись и открывая лицо, -- то я не советую вам делать этого. |
| Do you suppose I don't see how you are suffering, how this has torn open your wounds? | Разве я не вижу, как вы страдаете, как это раскрыло ваши раны? |
| But supposing that, as always, you don't think of yourself, what can it lead to?--to fresh suffering for you, to torture for the child. | Но, положим, вы, как всегда, забываете о себе. Но к чему же это может повести? К новым страданиям с вашей стороны, к мучениям для ребенка? |
| If there were a trace of humanity left in her, she ought not to wish for it herself. | Если в ней осталось что-нибудь человеческое, она сама не должна желать этого. |
| No, I have no hesitation in saying I advise not, and if you will intrust it to me, I will write to her." | Нет, я, не колеблясь, не советую, и, если вы разрешите мне, я напишу к ней. |
| And Alexey Alexandrovitch consented, and Countess Lidia Ivanovna sent the following letter in French: | И Алексей Александрович согласился, и графиня Лидия Ивановна написала следующее французское письмо: |
| "Dear Madame, | "Милостивая государыня, |
| "To be reminded of you might have results for your son in leading to questions on his part which could not be answered without implanting in the child's soul a spirit of censure towards what should be for him sacred, and therefore I beg you to interpret your husband's refusal in the spirit of Christian love. | Воспоминание о вас для вашего сына может повести к вопросам с его стороны, на которые нельзя отвечать, не вложив в душу ребенка духа осуждения к тому, что должно быть для него святыней, и потому прошу понять отказ вашего мужа в духе христианской любви. |
| I pray to Almighty God to have mercy on you. | Прошу всевышнего о милосердии к вам. |
| Countess Lidia" | Графиня Лидия". |
| This letter attained the secret object which Countess Lidia Ivanovna had concealed from herself. | Письмо это достигло той затаенной цели, которую графиня Лидия Ивановна скрывала от самой себя. |
| It wounded Anna to the quick. | Оно до глубины души оскорбило Анну. |
| For his part, Alexey Alexandrovitch, on returning home from Lidia Ivanovna's, could not all that day concentrate himself on his usual pursuits, and find that spiritual peace of one saved and believing which he had felt of late. | С своей стороны Алексей Александрович, вернувшись от Лидии Ивановны домой, не мог в этот день предаться своим обычным занятиям и найти то душевное спокойствие верующего и спасенного человека, которое он чувствовал прежде. |
| The thought of his wife, who had so greatly sinned against him, and towards whom he had been so saintly, as Countess Lidia Ivanovna had so justly told him, ought not to have troubled him; but he was not easy; he could not understand the book he was reading; he could not drive away harassing recollections of his relations with her, of the mistake which, as it now seemed, he had made in regard to her. | Воспоминание о жене, которая так много была виновата пред ним и пред которою он был так свят, как справедливо говорила ему графиня Лидия Ивановна, не должно было бы смущать его; но он не был спокоен: он не мог понимать книги, которую он читал, не мог отогнать мучительных воспоминаний о своих отношениях к ней, о тех ошибках, которые он, как ему теперь казалось, сделал относительно ее. |
