| The conversation turned on the new movement in art, on the new illustrations of the Bible by a French artist. | Разговор зашел о новом направлении искусства, о новой иллюстрации библии французским художником. |
| Vorkuev attacked the artist for a realism carried to the point of coarseness. | Воркуев обвинял художника в реализме, доведенном до грубости. |
| Levin said that the French had carried conventionality further than anyone, and that consequently they see a great merit in the return to realism. | Левин сказал, что французы довели условность в искусстве как никто и что поэтому они особенную заслугу видят в возвращении к реализму. |
| In the fact of not lying they see poetry. | В том, что они уже не лгут, они видят поэзию. |
| Never had anything clever said by Levin given him so much pleasure as this remark. | Никогда еще ни одна умная вещь, сказанная Левиным, не доставляла ему такого удовольствия, как эта. |
| Anna's face lighted up at once, as at once she appreciated the thought. | Лицо Анны вдруг все просияло, когда она вдруг оценила эту мысль. |
| She laughed. | Она засмеялась. |
| "I laugh," she said, "as one laughs when one sees a very true portrait. | -- Я смеюсь, -- сказала она, -- как смеешься, когда увидишь очень похожий портрет. |
| What you said so perfectly hits off French art now, painting and literature too, indeed--Zola, Daudet. | То, что вы сказали, совершенно характеризует французское искусство теперь, и живопись, и даже литературу: Zola, Daudet. |
| But perhaps it is always so, that men form their conceptions from fictitious, conventional types, and then--all the _combinaisons_ made--they are tired of the fictitious figures and begin to invent more natural, true figures." | Но, может быть, это всегда так бывает, что строят свои conceptions из выдуманных, условных фигур, а потом -- все combinaisons сделаны, выдуманные фигуры надоели, и начинают придумывать более натуральные, справедливые фигуры. |
| "That's perfectly true," said Vorknev. | -- Вот это совершенно верно! -сказал Воркуев. |
| "So you've been at the club?" she said to her brother. | -- Так вы были в клубе? -- обратилась она к брату. |
| "Yes, yes, this is a woman!" Levin thought, forgetting himself and staring persistently at her lovely, mobile face, which at that moment was all at once completely transformed. | "Да, да, вот женщина!" -- думал Левин, забывшись и упорно глядя на ее красивое подвижное лицо, которое теперь вдруг совершенно переменилось. |
| Levin did not hear what she was talking of as she leaned over to her brother, but he was struck by the change of her expression. | Левин не слыхал, о чем она говорила, перегнувшись к брату, но он был поражен переменой ее выражения. |
| Her face--so handsome a moment before in its repose--suddenly wore a look of strange curiosity, anger, and pride. | Прежде столь прекрасное в своем спокойствии, ее лицо вдруг выразило странное любопытство, гнев и гордость. |
| But this lasted only an instant. | Но это продолжалось только одну минуту. |
| She dropped her eyelids, as though recollecting something. | Она сощурилась, как бы вспоминая что-то. |
| "Oh, well, but that's of no interest to anyone," she said, and she turned to the English girl. | -- Ну, да, впрочем, это никому не интересно, -сказала она и обратилась к англичанке: |
| "Please order the tea in the drawing room," she said in English. | -- Please order the tea in the drawing-room. |
| The girl got up and went out. | Девочка поднялась и вышла. |
