Религиозная санкция в отношении брака практически не существует ни в одном первобытном племени. Строгая моногамия встречается в редких случаях и свидетельствует о том, что сексуальные отношения в ранние времена не были одинаковыми во всех частях света. Обязательными элементами брака являются имущественные соображения, в которые включаются дети, потенциально обеспечивающие семье дополнительную силу. Наше представление о браке, вероятно, развилось из этой более ранней стадии в результате переосмысления.
В хорошо сбалансированной семье с компетентными родителями постоянство брачного союза, несомненно, представляется оптимальным вариантом для здорового развития личности и общества. Но не все семьи являются сбалансированными и компетентными, и не всем свойственно сохранять привязанность на протяжении всей жизни. Напротив, почти во всех обществах наблюдается непостоянство привязанностей и неустойчивость союзов среди молодежи. Союзы становятся довольно устойчивыми только в пожилом возрасте, когда сексуальные страсти утихают. Неустойчивость наблюдается как в современной цивилизации, так и в более примитивных обществах. Очевидно, что человек не является абсолютно моногамным существом.
Попытки принудить человека к абсолютной моногамии никогда не были успешными, и тенденция нашего времени – признать это. Доказательством тому служит постоянное упрощение процедуры развода, который получил наибольшее распространение в Мексике и России. Не менее значимы попытки облегчить незавидное положение незамужней матери, снять незаслуженное клеймо с незаконнорожденного ребенка и ввести единый стандарт сексуальной этики для мужчины и женщины.
Антрополог, быть может, не в состоянии предложить на основе своей науки шаги, которые следует предпринять для исправления лицемерия, присущего общему отношению к сексуальным связям, не поощряя при этом легкомысленное нарушение брачных уз. Он может только указать на то, что традиционное требование целомудрия до заключения моногамического брака не имеет законной силы, ибо противоречит природе большей части человечества. Во многих случаях такой брак считается приемлемым и соблюдается, как и другие социальные нормы, однако порой он порождает серьезные кризисы.
Интересным объектом исследования представляется понятие собственности в примитивных племенах. Мы не знаем ни одного племени, которое не признавало бы индивидуальную собственность. Изготавливаемые и используемые человеком инструменты и утварь практически всегда считаются личной собственностью, которую он может использовать, одалживать, отдавать или уничтожать, если тем самым он не подрывает экономическое положение своего домохозяйства. Эскимосский мужчина, уничтожающий свой каяк и охотничье снаряжение, ставит себя и свою семью в зависимость от усердия других людей; эскимосская женщина, уничтожающая свою кухонную утварь или одежду, лишает семью ценного имущества, которое не может быть заменено без помощи мужа или других мужчин. В этом смысле контроль над своей собственностью не является абсолютно свободным. Любая экономическая теория, которая не признает эти факты, противоречит антропологическим данным.
