Едва край солнца нырнул за кромку леса, вспыхнул костёр. Парни пошли по кругу всё быстрее и быстрее, потом широко разошлись в стороны. Один из них прижал к груди куклу, изображающую богиню Макош, что-то прокричал и с разбега сиганул через пламя костра. Приземлился далеко от огня и все остальные одобрительно завопили. Потом они снова пропели гимн солнцу, и другой парень взял куклу, произнёс обещание и прыгнул через огонь. Так, попрыгав около часа, они по жребию оставили у костра двоих поддерживать огонь и убежали в лес, только пятки засверкали.
– Пойду, прогуляюсь, – я поднялся с овчины, – далеко уходить не буду. А ты присмотри тут за порядком, – и я кивнул в сторону лодьи, где под парусом лежала профессорская посылка.
Ослеплённый светом костра, я шагнул во мрак тёплой безлунной ночи. Не желая спотыкаться на каждом шагу, я сел на мягкую траву, закрыл глаза ладонями и замер на пять минут. После этого ночь стала яснее и с каждым шагом видимость улучшалась. Светлой кромки горизонта и мерцающего звёздного света вполне хватило, чтобы нормально ориентироваться в потёмках. За луговиной поднималась тёмная стена лесной чащобы. Чтобы не осложнять себе жизнь, я решил потревожить друга.
«Фил, ты не спишь?». «Даже, если бы мог, не заснул. Орёте, скачете, с огнём балуетесь. Не часто этакую комедь увидишь. Вы люди вообще забавные существа, но, скажу по секрету, с каждым нашим совместным походом я начинаю понимать вас всё лучше». «Всё-таки не зря я назвал тебя Филом – Философом. Любишь ты извилины заплести. Похоже, Деми ошибся, ты не принцип справедливости, а принцип умозаключения». «Как ты догадался, что я с ним в дружеских отношениях?». «Что ж тут непонятного, с кем поведёшься, с тем и наберёшься. Вот шастаем мы с тобой по тёмному, как совесть авара, лесу, а я и не понимаю, какого хрена я тут делаю?». «Я и сам не понимаю, но нужно идти в восточном направлении. Там пульсирует какой-то непонятный источник энергии». «Ладно, веди уж дальше, путаник».
Шутливо переругиваясь с Филом, я забрался в самые дебри, вспоминая слова Рока, что последнее дело шастать ночью по чащобе. Пару раз крепко приложившись о валежник, я перебрался через берёзовый выворотень, выдав при этом весь свой матерный запас. И тут увидел ЭТО.
Зрелище и завораживало, и настораживало. На освещённой звёздами поляне одиноко стоял матёрый неохватный дуб и светился! Вернее, светилось не всё дерево, а только один корень в два-три пальца толщиной, который у комля обнажился и, протянувшись по поверхности, через два метра уходил под землю. Осторожно подойдя ближе, я понял, что это не гнилушка, а крепкое живое дерево. Я осторожно потрогал корень. В месте касания свечение усилилось, а потом опять выровнялось.
«Фил, это то, о чём ты говорил?». «Да. Он сильно фонит, но это не радиация. Излучение похоже на то, что занесло нас в это время». «И что мне с ним делать?». «А я почём знаю? Попробуй вспомнить наставления профессора Луцкого». «А, если сказать проще?». «Если проще, то это что-то из ритуальной магии». «Ладно, и на том спасибо».
И тут я вспомнил легенду о цветущем, тоесть светящемся на Купалу дереве, дающим волхвам огромную силу. Это дерево нужно срубить, произнеся заклинание прощения и разрешения. Нужные слова сами всплыли в голове, и я непроизвольно их произнёс:
– Именем Велеса, бога дерев, людей и скотов, именем Живы, Лады, и Лели низко склоняюсь пред деревом жизни, и поделиться силой прошу, дать мне частицу себя во славу жизни для яви и прави, и для сохранения жизни во всём.
По корню от комля побежала строчка искр. Я взял меч и одним движением отсёк корень у комля, другим у земли на другом конце. В моих руках оказался прямой посох с извитой поверхностью длиной в рост человека. И он продолжал светиться!
«Фил, а что дальше?». «Назад пошли. Источник излучения в твоих руках. Кроме него здесь нет аномалий».
Прикинув направление, я потащился через бурелом назад к стоянке. Время давно перевалило за полночь, но июньская ночь коротка, не успеешь и глазом моргнуть, а уже и забрезжит рассвет.
После лесной тьмы свет костра казался необыкновенно ярким. Вокруг него мелькали фигуры, юркие тени, раздавались взрывы хохота, смех и возгласы. Подойдя ближе, я с удивлением увидел, что языки пламени озаряют не только наших голых парней, но и чужих, а главное, среди них откуда-то появились голые девки! Поразительно! Правду говорят, что свинья где угодно грязь найдёт. Это ж надо так изловчиться, чтобы в диком лесу ночью отыскать дюжину молодых девок. Талант, едрёна шишка!
Рока я обнаружил неподалёку от лодьи. Он полёживал на овчине у своего костерка на песчаной косе, смотрел на оргию и грыз травинку.
– А скажи мне, дружище Рок, где эти бравые ребята ночью бл… девок отыскали?
– А что их искать, они сами на огонёк прискакали. Тоже пару подыскивают. Гон у них.
– Интересуюсь, откуда взялись эти оленихи?
– Помнишь, в самом начале здесь местные древляне задирались? Оказывается, тут у них две веси неподалёку.
– Вот теперь всё яснее ясного. Лишь бы наши самцы не перетрудили бы организмы, а то грести не смогут.
