«Апокалипсис»: тайны раскрываются полностью

В-третьих, озвученная Великим инквизитором формула власти очень близка к тому, что написано о звере Апокалипсиса (антихристе). Великий инквизитор озвучивает Христу эту формулу: «Есть три силы, единственные три силы на земле, могущие навеки победить и пленить совесть этих слабосильных бунтовщиков, для их счастия, – эти силы: чудо, тайна и авторитет».

Возьмем первый элемент формулы – чудо. Чудеса будет творить помощник зверя – лжепророк: «…и творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми. И чудесами, которые дано было ему творить перед зверем, он обольщает живущих на земле…» (Откр.13:13–14).

Второй элемент – тайна. Уже две тысячи лет многие ломают голову над такой тайной, как число и имя антихриста. «Имя зверя или число имени его» (Откр.13:17) не называется.

А далее следует такая загадочная фраза: «Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его шестьсот шестьдесят шесть» (Откр.13:18).

Третий элемент – авторитет. Читаем: «…и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? и кто может сразиться с ним?» (Откр.13:4).

И эти три качества зверя (антихриста) позволят ему завоевать полную власть над людьми: «…и дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем. И поклонятся ему все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания мира» (Откр.13:7–8).

В-четвертых, в Легенде показано (правда, не прямо, а исподволь), что молчащий и смиренный Христос побеждает многословного и на первый взгляд очень логичного и убедительного Великого инквизитора. В завуалированном виде Достоевский выражает идею Апокалипсиса о поражении антихриста.

Следует иметь в виду, что Великого инквизитора читали не только христиане, которые видели в этом 90-летнем старике прообраз антихриста, но и те, кто был не со Христом и против Христа. Например, Фридрих Ницше, для которого, судя по всему, идеи Великого инквизитора были близки. На это обратил внимание известный русский философ С.Н. Булгаков: «…мы видим поразительную близость исходных идей антихристианства инквизитора и автора Заратустры. Основной мотив социальной философии Ницше есть та же идея: что и у великого инквизитора, – отрицание этического равенства людей, признание различной морали рабов и господ»[113].

Наверное, обостренное чувствование Апокалипсиса Достоевским обусловлено тем, что он в своей жизни столкнулся с реальностью уйти в небытие. Я имею в виду, что он был осужден на казнь, для него должен был наступить его личный «конец света». Казнь, которая не состоялась и в последний момент была заменена ему на тюрьму и каторгу, дала толчок к размышлениям на темы «конца света» и Апокалипсиса до конца его земной жизни. Достоевский неоднократно подчеркивал, что ценность жизни познается только в момент столкновения со смертью. Когда человеку или человечеству грозит небытие, тогда только у человека появляется шанс на подлинную жизнь. Вспомним в этой связи монолог князя Мышкина по поводу некоего преступника Легро, которого вели на казнь (роман «Идиот»). Можно уверенно утверждать, что те мысли, которые охватывали этого вымышленного героя, – реальные мысли самого Достоевского, которые охватили его на Семеновском плацу (место инсценированной казни) и которые потом сопровождали его до конца жизни. Поэтому и большинство героев Достоевского живут в координатах «жизнь – смерть». Они как бы находятся на грани между этими двумя состояниями. А разве Откровение Иоанна Богослова не об этой грани, только грани не для отдельного человека, а всего человечества?

А что на этой грани для всего человечества? – Второе пришествие Христа и Страшный суд. Тема Суда – одна из самых отчетливо вырисовывающихся в творчестве Достоевского. Именно как духовная доминанта в финалах романов (суд над Раскольниковым, суд над Дмитрием Карамазовым). В «Преступлении и наказании» суд оборачивается жизненной необходимостью себя самого осудить. Высший Суд может произойти только тогда, когда человек готов к нему, когда уже сам себя смог осудить и вину принять на себя.