Император предоставил Аракчееву все права, чтобы он реорганизовал и укрепил артиллерию. Это была прекрасная возможность показать, на что он способен, ведь именно с этой проблемой Аракчеев был хорошо знаком. После нескольких месяцев, во время которых он почти непрерывно разъезжал по России, Аракчеев пришел к заключению, что артиллерию необходимо отделить от пехоты, дать ей собственное командование и отдельное снабжение, чтобы она не чувствовала себя служанкой пехоты. С этой целью он основал артиллерийские школы для солдат и офицеров и начал издавать «Артиллерийский журнал». Аракчеев был особенно озабочен воспитанием нового поколения хорошо обученных артиллерийских офицеров и уделял большое внимание своим новым школам. «С хорошим каменным фундаментом старое деревянное здание может простоять столько же лет, сколько новое каменное», – писал он другу, генералу Верещагину, прося у него совета по поводу преподавания математики.
Аракчеевский план разделения пехоты и артиллерии не понравился офицерам пехоты. В конце концов ему удалось отстоять свою точку зрения, но прошло время, прежде чем смысл ее был полностью понят. Между тем артиллеристы были восхищены тем, что делал для них Аракчеев. Ворчание, которым встретили его назначение на должность, уступило место преклонению перед его энергией и эффективностью его работы. Впервые за все время интересы артиллеристов защищал человек, который понимал их и к которому прислушивался император. Энтузиазм Аракчеева был заразителен, и возникало ощущение, что он даже научился контролировать свои жестокие наклонности.
Лейтенант Жиркевич, назначенный адъютантом Аракчеева в гвардейском артиллерийском батальоне, так описывал его в своих мемуарах: «Я слышал о нем много нелестного и очень мало хорошего. Но я три года служил под его началом и могу говорить о нем беспристрастно. Искреннее и страстное обожание императора и двора, естественный проницательный ум, который был, однако, совершенно необразован, честность и непреклонность были главными чертами его характера. Но из-за своей непомерной гордыни, самоуверенности и самомнения он часто становился злобным и мстительным. Однако в отношениях с теми, кто снискал его доверие, он был всегда добр, заботлив и даже сострадателен… Я мог бы добавить, что на протяжении семи или восьми лет, во время которых он инспектировал артиллерию, лишь один офицер был понижен в звании за то, что написал фальшивый денежный счет, – преступление, за которое обычно ссылали в Сибирь. Солдат сажали на гауптвахту каждый день, и многие уходили оттуда в таком состоянии, что не были годны к работе. Но в первый год назначения его предшественника, добрейшего генерала Меллера, этих несчастных солдат было в десять раз больше, чем за все время пребывания в должности Аракчеева. Я не говорю об усовершенствовании артиллерии; вся Россия знает, что это заслуга Аракчеева, и если сейчас она сильна, то именно он заложил прочный фундамент в ее основание»[62].
Уже через два года после вступления Аракчеева в должность появилась возможность оценить результаты его работы. В 1804 г. Наполеон временно отказался от плана нападения на Англию и снова обратил свой взор на юг и восток. Его решение превратить Итальянскую республику в наследственную монархию и коронация в качестве «короля всей Италии» в Милане в мае 1805 г. наконец побудили Австрию объединить усилия с Англией и Россией, которые уже подписали конвенцию в Санкт-Петербурге. Союзники предполагали, что Италия может стать театром военных действий, но Наполеон в спешном порядке выступил в поход в Южную Германию и в Ульме заставил австрийского генерала Маска сдаться в плен вместе с 50-тысячным войском. Кутузов, к тому времени уже знаменитый русской генерал, назначенный командующим одновременно русской и остатками австрийской армии, предпочел свою излюбленную стратегию отказа от сражения с противником. Но Александр, видевший себя в роли царя-воина, которому судьбой предназначено победить Наполеона, жаждал решающего сражения и не позволил Кутузову осуществить его план. Поэтому в декабре 1805 г. вопреки желанию русского главнокомандующего произошло Аустерлицкое сражение. В результате армия союзников была расколота на две части и разгромлена французами. Наполеон одержал решающую победу.
Александр горько оплакивал свое поражение. Конечно, ходили всевозможные слухи. Досталось и Аракчееву. Говорили, будто Александр предложил ему командовать войском, а Аракчеев отказался, сославшись на нездоровье, и, хотя был прикреплен к свите императора, поспешно покинул поле боя, едва начались боевые действия. Ни одна из этих историй не подтверждается, но всеобщее мнение, что Аракчеев якобы трус, неотступно преследовало его. Тем же, кому кажется удивительным, что офицер ранга Аракчеева не участвовал в таком важном сражении, не следует забывать, что он ни разу не участвовал в боевых действиях и по своему складу был скорее администратором, нежели военным.
