Он вздохнул, нагнулся, поднял с песка раковину и приложил к уху.
– Рыба не клюет, и я слушаю. Шум моря-океана. Интересно. Без раковины его не услышишь.
Джахар рассмеялся:
– Шум моря-океана? Можешь вместо раковины взять стакан у Назара и прислонить к уху. Услышишь то же самое. Это не голос моря. Это давление воздуха на ухо, усиленное ушной раковиной. Ушной! И стаканом. Самый простой музыкальный инструмент. А похитрее инструментики есть у вас?
– Только барабаны, – тотчас понял его Анкур, – Была еще сигнальная труба, но потерялась. Думаю, Пан Сатир, друг Назара, стащил. У нас тут все воруют друг у друга. И демоны тоже.
Анкур посмотрел на море. Серая облачная завеса, не пропускающая ни одного прямого луча Иш-Аруна, опустилась еще ниже. Одна из удочек шевельнулась. Рыбак-художник бросился к ней, а Анкур заметил:
– Дело к вечеру. Думаю, скоро вас посадят за стол во Дворце, и начнут поить да кормить. Терпеть не могу этих застольев. Напьются, начнут орать, плеваться, обниматься, целоваться…
Он скривил лицо от предвкушения неудовольствия и вдруг вскрикнул:
– Ярёма! Морской кот! Сейчас сюда собаки набегут. Сматывай удочки!
Но быстрее собак явился жрец, по виду удовлетворенный встречей с демоном Острова.
– Господа айлы! Император приглашает вас во Дворец. Прошу за мной.
Серое лицо жреца лоснится на предвечернем рассеянном свете. Руки сплетены на верху живота, глазки лучатся от предвкушения желудочного удовольствия.
– Как можно не ответить на такое приятное приглашение? А, командир? – сказал Глафий и поднял голову, пытаясь определить местонахождение светила.
И Сандр, который уже склонился было к тому, чтобы покинуть Остров, согласился. Да и перо Роух наверняка хранится во Дворце.
Та же грязь под ногами вперемежку с костями и всяким мусором, тот же запах… Они сделали шагов пятьдесят, как мимо с лаем пронеслась стая собак. За морским котом…
– А как Ярёма? Не загрызут его? – поинтересовался Джахар.
– Да нет, – серьезно ответил Анкур, – В крайнем случае в камнях спрячется-отсидится. Собаки своих не трогают. Бывают случаи. Но редко. С рабочими.
Отряд миновал рельсовую дорогу, ведущую в подземную часть Острова. Анкур указал на небольшой домик рядом со входом в подземелья.
– А это женский барак. Его называют Гаремным. Но тут не все женщины живут. Некоторые – в общем… А там, внизу, я не был.
– И не знаешь, что там? – спросил Нур; ему захотелось уточнить результаты своей дистанционной разведки.
– Да нет… Зачем? Неинтересно. Знаю, что там тюрьма. Сажают тех, кто проштрафился. На простую воду.
– Тюрьма? – Сандр не сразу понял значение слова, – Принудительная изоляция? Для чего?
– Ну как вы не понимаете! Для исправления, конечно. Я бы туда Назара посадил. На месяц. Назар, ты согласишься? Вот унаследую трон, обязательно тебя упеку в общую камеру.
Жрец промолчал. Тогда вопрос ему задал Ангий:
– Жрец, зачем вам столько собак? Сторожевых мало? И, я заметил, они чем-то очень похожи на вас. Или вы на них…
До Назара не сразу дошло. Но как только…
– Что?! Я – собака, по-вашему? Да мы вас тут в пыль лунную! В порошок…
Нур рассмеялся:
– Да не торопись ты со словами. У вас же нет луны. А пыли тем более. Зачем грозить невозможным?
Сандр кивнул Нуру и добавил:
– Чем ты возмущен, жрец? Разве Ангий сказал неправду? Вы действительно похожи, люди и собаки. Но кто на кого – вопрос… Дико у вас, жизни почти нет. Вы знаете, вода, которую вы качаете, и храните как мусор, скоро станет для вас ядом? Страшнее яда василиска. Без радуги, без светила небесного… Без яркого неба и цветов на земле вода делается мертвой. Разве вы не знаете?
– Не знают. И знать не желают, – вместо жреца ответил Сандру Нур.
Решение айлы приняли. Оставались два вопроса: перо Роух и Анкур.
В наступающих сумерках Дворец выглядел совсем мрачным. Не спасали впечатление и ухищрения Ярёмы, раскрывшего на фасаде здания весь свой талант. У закрытой парадной двери с тремя громадными металлическими замками замерли навытяжку два стража с оружием.
– От кого вы прячетесь и закрываетесь? – спросил Арри, – Деревянная граница, запоры, замки, закрытые двери, замаскированные входы. Что вы бережете? Шайтан-воду?
Над входом во Дворец трепыхалось на вечернем ветру красное полотнище с вышитой по центру золотой двуглавой птицей. Вокруг птицы рассыпаны белые звездочки.
– Государственный флаг Империи, – объяснил Анкур, – Сколько звездочек, – столько будет штатов. В каждом штате – свой губернатор. А Порфирий будет ими командовать. Он так думает.
«Десант… Вторжение уже началось. Планы захвата Арда Ману готовы. В подземельях делается оружие. Провал-Колодец может заработать в любой момент. Как держатся Кафские горы – загадка…»
Сандр смотрел на стражей двери губернатора. Или императора. Грязно-зеленая форма, кожаные ремни, ружья наперевес, в карманах патроны… На груди у каждого маленький образ-иконка. И пустые глаза без разумной мысли… Они мечтают о грудах золота и россыпях алмазов, пиршественных столах и гаремных бараках.
