Анкур встретил то, о чем имел представление в Империи. И озвученное им слово обрело смысл в сознании айлов. Айсберг поразил красотой цветных слоев. Яркая Радуга сопровождала ледяной кристалл, предназначенный для завершающего этапа очищения прибрежного кусочка Арда Ману. Что значило – духи Арда сохранили верфь и корабли, возведенные по чертежам Империи для айлов.
– Ангий! – Сандр смотрел на Нура, обессилено сидящего на мокрой траве и определял, чем ему помочь, – Оживи Найденыша. Ведь он еще нужен отряду.
И подошел к Нуру, сел рядом.
– Очень устал?
Спокойствие и молчание только что очищенного мира проникали в глубины сознания; туда, где рождались мысли, чтобы после стать словами или образами. Туда, куда нет доступа собственному Я.
Нур отозвался почти шепотом; но мысль его летела выше мысли Сандра.
– Сколько было Азарфэйров, столько прошло эпох-Амров. Те, кто ушел в Эоны, до первого еще Огня, были светлее, ярче, лучше нас. Они знали дорогу сквозь небеса. Неужели она закрыта для нас?
– О чем ты? – не совсем понял Сандр.
И опять мысль Нура совершила немыслимый вираж.
– Надо бы собрать всех, кто попал в зависимость… Шайтан-вода… Азарт… Маски… Рабы собственных иллюзий… Сами по себе они пропадут. И станут прислужниками зла. Союзниками Империи или Темного материка.
Нур замолчал, бросив взгляд на Ангия, поднявшего с травы Найденыша. И сказал, предназначая слова для одного Сандра:
– Роух столько мне сказал… Ты поможешь мне понять всё? Роух сказал:
«Сокровище твое – в тебе. Оно ближе, чем рядом. Но, чтобы узнать и открыть его, придется многое пройти».
– Что это за сокровище? Что еще придется пройти? Как сделаться готовым? Созреть и вырасти – не одно и то же?
Сандр не успел ответить. Да и не смог бы, вопросы требовали иных способов проникновения в глубины смыслов, чем проявленные в нем. Ангий с возмущением воскликнул:
– О, отряд! Не слишком ли мы беспечны?!
Найденыш, трепыхаясь свежепойманной рыбкой в руках Ангия, повизгивал подобно одному из мелких псов Империи. Из-под куртки, подаренной Нуром, падали на траву листы, испещренные знаками, схемами, письменами. Подбежал Джахар и стал собирать бумагу, спасая от дождевой влаги.
– Он успел найти клад в мастерских верфи. Сандр! Нур! А ведь это крайне любопытно.
«Крайне любопытно, для кого Найденыш спрятал украденные листы. На данный момент это самое важное».
Джахар собрал листы в пачку, подошел и сел между Сандром и Нуром.
– Пока собирал, кое-что уяснил. Тут чертежи военных морских кораблей, и очень больших. И, – описание «стартовой площадки», на которой мы побывали. На языке Империи звучит так: «космодром».
«Джахар побывал внутри Анкура, – понял Сандр, – И теперь ориентируется в наследии наших предков, используя знание Империи».
Джахар перебрал листы, нашел нужный.
– Вот… Маршрут полета к Чандре. И – дальше… Уверен, это не все. Там, в хранилище верфи, много еще… Я упакую и спрячу в поклажу Воронка. Или Кари? Как, Нур?
«Вот и сравнялся Нур с Сандром. А Кари с Воронком. Свет звезды или Предназначение? Без Свитка я ничего не смогу понять. Ибо происходит то, что выше моего понимания и имеющегося знания.»
– И вот еще что, – сказал Джахар, показывая металлическое устройство с кнопками, —Трофей Найденыша. По всему, из того же источника. Простенькая вещь, но… На что похоже, кто скажет?
– Флейта древних? – догадался Нур; силы возвращались к нему.
– Точно! – радостно подтвердил Джахар, – Попробуем…
Он приложил флейту к губам. И полилась тихая мелодия. Импровизация Джахара привлекла всех. Кари подошла к Нуру и опустила голову ему на плечо. Нур улыбнулся светло, но сказал грустно:
– Островитяне были как мы…
– Ты о чем? – спросил его Арри, – О внешнем сходстве?
– Не только. И не столько, – внутри мы тоже идентичны. Одно отличие, – света в них не было. Того света, который рождает ауру. У Анкура свет есть. Зеркало у него внутри. Как у тебя, Арри. Только у тебя побольше и почище. Оно и собирает свет, идущий откуда-то оттуда…
Нур медленно поднял слабую руку, указывая на небо.
– Есть зеркальце, – есть и свет. Нет зеркальца, и свет проходит, не задерживаясь.
Внутри Сандра, – и не определить где точно, – что-то включилось. Прояснилось разом то, что долго не давалось, но о чем непрерывно думалось.
– Там, в Империи… Не однажды, Нур, твоя глубинная мысль будет протягиваться сюда, в Ард Ману. И ты будешь вспоминать, догадываться, кто ты и откуда. Не знаю, как это будет происходить. Во снах, силой воображения, дальними ассоциациями или по-другому… И ты захочешь об этих видениях кому-нибудь рассказать. Словом, письмом… Немногие поверят тебе. Очень немногие. На то она и Империя. Те, кто поверит, они и будут с зеркалами внутри. Они и станут твоими братьями. Только помнить надо: свет не от тебя идет, а через тебя.
Нур расслабленно улыбнулся:
– Жаль, сейчас ничего нельзя узнать. Увидеть… Каким я буду там… И в какой момент Империи. Вдруг задолго до начала проникновения через Кафские горы…
Сандр встрепенулся. Стало так больно… Но боль показывать нельзя.
