И после короткого совещания отряд принял решение: сделать большой крюк на восток, удлиняющий дорогу не менее чем на месяц. Главное: возрастет шанс отыскать след второго дозора. Тогда, при выходе к водопаду Ауян, и появится реальная, обоснованная возможность позволить себе и лошадям основательно отдохнуть. В первую очередь – лошадям. Непрерывное движение, несмотря на приличное питание, измотало даже Воронка. Он не успевал восстанавливать утраченную энергию, на боках проступили ребра.
И вот, желанный момент приблизился.
Первое дело, – поиск удобного места. Чтоб и родничок рядом, и лес с ягодками да свежим мёдом… Айлы и лошади стали единым целым, все думают об одном. Отряд ведет Воронок, полноправный член отряда. Ведет, не обращая внимания на местоположение Мантикоры, удалившейся вперед на трое суток. Нур определил ей маршрут параллельно Жемчужной, через каменные россыпи.
Удлинение пути себя не оправдывало. Следов второго дозора, а тем более группы Ахияра, не наблюдалось. А погодка стояла какая надо, облака с дождичками по потребностям, ветерок свежит, травы-цветочки щедро дарят многообразнейший аромат… Но сил радоваться все меньше.
В час, когда все, кроме командира готовы были упасть в оздоровляющий сон где придется, Воронок заржал, посмотрел на Сандра выкаченным черно-коричневым глазом, и постучал копытом о грунт. Что означало: пришли, пора спешиваться.
Воронок выбрал хорошее место. Ручей, берущий начало в лесу на востоке и уходящий к Жемчужной, несет чистую ароматную воду. По берегам ни камешка острого; мягкий песочек да ласковая травка. А поодаль цветы, поселившиеся компактными группами-клумбами. Поселились так, чтобы айлы не боялись примять нежную красоту.
Детальное обустройство стоянки отложили на утро. Подождав, пока лошади утолят жажду, а оперативный отряд освободит их от поклажи, Сандр присел в отдалении, рядом с ягодным кустом, украшенным красными спелыми гроздьями и оранжевыми цветами. Итак, тут господствуют сразу два сезона. Или три, как смотреть. Почти как дома… Впрочем, в Арде Айлийюн один сезон, растения цветут и плодоносят непрерывно.
Ночь командиру предстоит бессонная. Все так устали, что Сандр не мог назначить никого на ночную охрану стоянки. И хорошо, – до утра наметит основные моменты плана, который насытит предстоящие дни делами не обременяющими, но полезными.
Впереди – осмысление пройденного пути, выделение наиболее тревожных и важных моментов. Предстоящая дорога не будет легче. Невидимое зло, избравшее целью Нура, не отступило. Нур повзрослел, стремится к самостоятельности, но не готов к ней. И внутри еще слишком мягок, податлив. Для Сандра забота о нем остается важнейшей.
И пора принимать решение по Хисе, Найденышу и Мантикоре. Они становятся серьезной помехой в успехе главных дел оперотряда. Единоличного командирского решения по ним не может быть. Да командир и не знает, как поступить. Очень трудно выбирать. И больно. Найденыш делается все больше существом не из айлов. Ему нельзя доверять. И нельзя отправлять в Ард Айлийюн. В нем какая-то угроза спрятана, очень хитро скрытая и тем страшная.
Хиса… Даже с проводником не дойдет домой, не выдержит. Оставить в каком-нибудь племени? Мантикору можно и нужно возвращать прежнему хозяину. Но по пути к шаману она способна натворить столько зла! Ликвидация? Да…
Сандр мысленно спросил:
«Кто помнит, Хиса участвовал в общих снах? Хоть раз?»
«Нет», – последовал ответ.
«Загадочно. Почему? Не хотел?»
Пришла мысль от Глафия:
«На исходе Пустыни я случайно попал в его сновидение. Какой-то кошмар… Эмоция страха, путаница образов… Я сразу вышел».
Вот так!
Еще раз посмотреть возможности каждого, проверить состояние. Нужна коррекция как индивидуальных задач, так и психики. Айлы переменились заметно, не похожи на тех, кто уходил из Арда. И лошадям надо хорошенько отдохнуть. Север, – зона неиспытанных холодов. Стужа, снега, льды… Никто не готов к таким испытаниям. Почему нет донесений от второго дозора? И почему нет следов группы Ахияра? Кто-нибудь, кроме командира, думает об этом? А кто еще должен обо всем этом думать? Зачем тогда отряду командир?
Сандр размышлял, наблюдая за течением мыслей. И удивлялся тому, сколько в нем неупорядоченности и недозрелости. И, рассматривая себя внутри, смотрел на готовящихся ко сну айлов…
В Арде Айлийюн единство и братство поддерживаются легко. Само собой получается. Почему? Участие в общих сновидениях? Отсутствие испытаний да трудностей? Но не создавать же их намеренно!? А что сейчас в отряде? Единство сохраняется в формальном виде. А на деле… На деле каждый наедине с собой. И – все они одиноки против зла противостоящего Неведомого. Причем Неведомое многолико… Оно рассредоточено в Арде Ману, проникает внутрь каждого, и… Вот это третье «и», возможно, самое неизвестное, неопределимое. И, по убеждению Сандра, самое важное, то есть решающее.
Из всего отряда ближе всех к этому «третьему» Нур. При любом разговоре он обращается к упоминанию о Высшем Эоне. Он желает понять… Но как ему помочь, если сам почти ничего не знаешь?
