Ближние деревья особенно высоки, многие двух и даже трехствольные. Таких айлы раньше не встречали. А нацеленный в зенит аппарат по высоте соперничает с деревьями. И напоминает толстую стрелу со сложным хвостовым оперением. Сине-серебристый металл гигантской стрелы в лучах уходящего за вершины деревьев Иш-Аруна отсвечивает тем самым багрянцем, что поднимается временами над Кафскими горами и сгущает красную часть спектра Радуги. От всего тела громадной стрелы струится жар, наполняя сердца айлов необъяснимым трепетом.
– Великая мощь, – негромко сказал Арри, оглаживая дрожащими пальцами круглое лицо.
– А что скрыто под плитами?! – добавил Ангий; серебро седины в падающих от стрелы отсветах играет розовым оттенком.
Джахар молчит, переваривая поражение, полученное недавно от Ангия. Теперь он будет искать, в чем проявить себя особенно. Тоже хорошо. Глафий раздувает ноздри, пытаясь уловить в воздухе признаки то ли опасности, то ли древности.
– Ничего, – сказал он наконец, разведя руками, – Ничего специфического. Пахнет камнем, металлом, лесом… Когда, кто, – не пойму.
Нур осторожно приблизился к стреле, дотронулся до плоскости оперения. На ощупь металл оказался вовсе не горячим. А, напротив, чересчур холодным.
– Нур, вернись! – воскликнул Глафий и, дождавшись, когда тот подошел, добавил, – Через сновидения дается нам знание…Через них мы узнали о прорыве Империи. И теперь знаем причину искажения Радуги, его связи с заревом над Кафскими… Так пришло предостережение. Через сны мы поняли необходимость возвращения Свитка. Так пришла надежда на спасение. Через сны, по повелению оттуда, – Глафий указал рукой на небо, – ушел Ахияр. И ты, Нур, через сны…
Глафий сверкнул повлажневшими глазами, взъерошил резким движением левой руки бороду, правой указал на металлическую стрелу, нацеленную в небо.
– Но Тот, кто дарит вещие сны, не показал этой угрожающе непонятной загадочной конструкции. И нам не дано понимания сути всего этого…
Глафий повел рукой перед собой и завершил коротенькую речь:
– Мы не знаем, кто это построил и зачем. И, может быть, нам и не нужно знать?
Нур принял вопрос на себя. И отвечал неторопливо, подбирая слова; крупные уши покраснели, зелень в глазах сгустилась:
– Я могу… Я должен сказать.. Бухайр… Он рассказал мне, что предки айлов летали к звездам. И посещали Чандру. И на Чандре остались их следы. Остались потому, что на ней не было Азарфэйра. А эта холодная стрела, в которой хранится жар, – тот самый аппарат, на котором те айлы поднимались в небо. Я тогда не поверил Бухайру. Подумал, сказка для маленьких. Теперь вижу, – не сказка…
– Но зачем нам лететь, – летать, – на Чандру? – спросил Глафий; руки его потянулись вверх, – Небо… Звезды так далеки… Ард Айлийюн мал, Ард Ману – велик. Не исключено, кто-то и смог избежать Азарфэйра, улетев на Чандру. И что там? Командир Сандр! Надо забыть о находке. Сейчас не до нее. Нам бы с постройкой кораблей моря справиться… И еще… Но вы знаете, сколько еще всего…
Сандр задумался. Народ волнуется. Небо темнеет. Возвращаться? Или задержаться до утра? Поднялся ветер, закручиваясь по периметру артефакта. Откуда берется такой локальный, местного значения, ветер? Ведь это он не дал строениям и механизмам уйти под землю и зарасти травой и кустами, как произошло с Центром Магии. И торчала бы из почвы половина стрелы, и не поняли бы они ничего вовсе, если б даже вышли на это место. Так что не только через вещие сны… Но Глафий прав: где взять силы и время на освоение такого наследства? Случай требует единоличного решения. А что он может предложить?
И Сандр сказал:
– Мы не можем знать, когда и что пригодится из обнаруженного сейчас и после. Отряд Ахияра имел один сеанс связи с Ардом Айлийюн. Наши дозоры на нас напрямую не вышли ни разу. Что мешает? Ведь мы знаем, что для снов нет расстояний. Мы сделали стоянку и для того, чтобы настроиться на общие сновидения с Ардом. И доложить обо всем, что узнали. Во всех деталях! В том числе об этой звездной или лунной стартовой площадке. А что о ней можем сообщить? Потому, – переночуем поблизости и с утра займемся изучением площадки. За день-два что-нибудь и прояснится.
Никто не возразил. А Джахар добавил:
– Всё так. Но мы все еще не в своем времени. Магический сдвиг действует…
– Или еще что-то, – сказал Арри.
– К чему это может привести? – спросил Сандр, обращаясь к Джахару.
Тот поворошил пальцами одной руки заалевшее золото локонов. Другую засунул во внутренний карман куртки, и с интонацией школьника на экзамене сказал:
– А я знаю? Давайте подумаем.
Сандр уже смотрел на Нура: на потемневшем от ветров юном лице читалось проникновение в проблему. Не дается ему ответ на взрослую задачку.
– Мы впереди или позади? – продолжал спрашивать Сандр, – От нужной точки? Себя можем встретить?
