Видевший это Такем окаменел лицом, вспомнив Эву, но сдержался и остановил Раджа, собравшегося бросить тому в лицо оскорбление, ученик лишь успел плюнуть кучерявому под ноги. Здоровяк сразу же дернулся навстречу, но подошедший Шурат отвесил ему оплеуху, повалившую наземь и сбившую с головы кожаный шлем.
— Ещё хочешь? — мрачно спросил великан — Чем тебе старуха помешала? Да ещё палицу женской кровью осквернил.
Скорпион знал, что у воинского сословия не принято убивать женщин и детей боевым оружием, особенно бронзовым. Для этого есть палки и камни, если конечно руки или ноги марать не хочешь.
Такие обычаи были и в древних городах Междуречья, идущие с давних времен, когда не было нужды в рабах и, освобождая для себя землю, истребляли вражеское племя целиком.
И ещё подумал, что его ученик слишком своеволен и не знает дисциплины из-за того, что не обучен биться в строю. Вся подготовка Раджа была направлена на победу в вооруженном единоборстве и это, как и его чрезмерная самоуверенность, грозит бедой.
Выставив охранение и пожевав вяленого мяса, улеглись у костров, в чужие землянки не полезли, опасаясь местных озлобленных духов. На юге тяжелыми изломами громоздилась густая темнота гор, вскоре черное половодье ночи затопило лагерь. В расщелине убаюкивающе журчал ручеек, сбегая мимо селения в озеро. Но выспаться не дали, собака подняла тревогу, во мраке к ним попробовали подобраться дарки — на лагерь посыпались стрелы. Слава дэвам никого не задело. Потом в ночи загрохотали барабаны, пытаясь посеять смятение в сердца врагов.
У Такема было мелькнула мысль добраться до этих музыкантов и устроить резню, но места не знакомые, да и не его это война. Ему нет дела до этих дикарей, он здесь лишь для того, чтобы уберечь ученика.
Поутру не выспавшиеся и злые воины опять жевали вяленую оленину, запивая её водой, благо Малла приказал вчера набрать её во взятые с собой бурдюки. После того, как развеялся предрассветный туман, опять поперлись в горы, занеся в землянку трупы пастухов.
Попутно прошли прямо по зеленеющему полю ячменя на маленьком участке плодородной земли посреди скальных выступов. Если бы ячмень был зрелым, его бы сожгли, а так просто потоптали побеги.
Несколько десятков уходящих людей и стада скота оставляли широкий след, идя по нему, наткнулись на ещё один перевал. Радж рассматривал скачущих и размахивающих копьями худых и низкорослых дикарей, большинство из которых были на голову ниже его, не говоря уже про великана Шурата.
Даже находясь в большинстве, они не выдержали бы прямого столкновения с посвятившими свою жизнь войне кшатриями. Ну, так они и не стремились к этому, скрываясь в скалах.
С высоты на ишкузи опять полетели стрелы и камни из пращи. Дарки не принимали боя, явно заманивая в ловушку.
Малла хмурился. В степи, да на колесницах, они бы легко перебили этот вооруженный сброд, в горах же от него нет сладу. Подозвал посоветоваться Такема, Тора и Шурата. Телохранитель уже всё решил для себя — он не полезет в горы и не пустит туда Раджа, неизвестно, сколько там дикарей.
Но ишкузи сами, посовещавшись, приняли решение отступить.
Прикрывая щитами лучников, построились плотной группой и начали отход к селению. Дарки провожали их, выкрикивая оскорбления и проклятья, пытались обстреливать, но Шурат снова отогнал их своим дальнобойным луком.
Когда полезли за трупами в землянку, оттуда с писком разбежались крысы. Хотели в отместку за своих сжечь поселок, но не стали возиться, в жилищах дарков было слишком много земли и камней.
Собрав сухую древесину, подожгли только самый большой дом, наверняка местного старейшины или вождя. В разгоревшийся огонь бросили и тело старухи.
Прикрываясь дымовой завесой, маленький отряд продолжил отступление, его прикрывали лучшие стрелки Скорпион и Шурат, выручившая их в набеге собака боязливо жалась к хозяину. Уже сильно тронутые разложением и крысами трупы не бросили, тело мальчишки — подпаска выпало нести Раджу вместе с тем самым, мрачным кучерявым парнем, но теперь им уже было не до склок.
Сквозь клубы дыма вырвались раскрашенные преследователи — десятка полтора человек. Издали продолжал доноситься рокот барабанов, возможно собирая других врагов.
Дарки улюлюкали и кривлялись, визгливо и вразнобой что-то орали, но старались особо не приближаться, их луки по дальнобойности сильно уступали оружию ишкузи, не говоря уже про мощь державших их рук.
До долины с ожидавшими их колесницами добрались без потерь. Тела пастухов отвязали от стволов и погрузили в повозку, доехав до селения, передали родне. Чтобы не обижать местного старосту Айвара остались, заночевав, на похороны и тризну.