Но хозяйка держала её крепко.
— Потом благодарить будешь. Не знаешь ты парней, они не ценят того, что легко дается.
Короткая южная весна спешила смениться жарким летом, степь выгорела и поблекла, опаленная суховеем. Последние годы зной одолевал и поля, грозя недородом. Обмелела речка, стада перегоняли в северные предгорья, где еще зеленела трава и журчали ручьи.
Говорят на Западе ещё хуже, трава, как в годы Исхода, опадает пеплом, мелеют, а затем высыхают водоемы.
Архонт озабоченно вглядывался в безоблачное небо — вслед за Голодом всегда приходит Война.
Внезапно вспомнилось, как в его детстве, во время страшной засухи в Дакшине в жертву принесли самую красивую девушку — юную красавицу утопили в Джаласвати. С тревогой подумал о дочери.
Незадолго до праздника Сурьи в крепость добрался, ведя в поводу тяжело груженного мула, торговец солью — словоохотливый, верткий мужичонка с окладистой русой бородой и колчаном со снаряженным луком на боку. Перед началом торговли занес в подарок мешочек с приправой архонту.
Малла пригласил гостя за стол, налил пенного пива, принялся расспрашивать о новостях.
Купец ничего не мог сказать об ушедшем на Запад войске, от них не было вестей, тогда архонт спросил, не знает ли тот про золотоволосого парня, что Раджем кличут.
— Про заложника? — переспросил торговец.
— Какого заложника? — удивился Малла.
— Ты что, не слыхал, как наши с ворангами заложниками обменялись?
Архонт нахмурился.
— Так он сын Симхи? Почему тогда в Дакшине не сидит?
— Про то я не ведаю. Но Парама крепко его привечает — в семью принял, с собой на советы водит, тот с дочерью ванаки на конях разъезжает. Слухи ходят, что Парама породниться с Симхой хочет, мол, следующей весной за его сына дочь отдаст. Хвала дэвам, на границе мир три года. А как трава зазеленела, в Дакшин колесничные бойцы ворангов прибыли и вместе с нашими в поход на запад пошли.
Малла задумался: «Так вот ты какой, молодец пригожий. Слаб я глазами стал, татуировку толком не разглядел, видел, что хищник какой-то. А то лев — тотем самого сильного рода врагов наших, пусть и былых».
Это всё меняло. С Парамой они дружили в детстве, но архонт уже семь лет не был в Дакшине, как кисть в бою потерял. Дружба — дружбой, но в планы ванаки лучше не мешаться.
Надо прекращать встречи детей, пока всё далеко не зашло.
В юности ему довелось принять участие в войне на Востоке, Малла помнил схватки с этими упорными и умелыми врагами, свои первые головы он в боях с ворангами добыл. Доходили до юга и вести о том знаменитом поединке.
Жаль Карви, до боли жаль. Хороший парень Радж, да выходит не ровня он его дочери.
Не дождавшись на берегу любимой, юноша этим же вечером, как стемнело, пробирался по тропе к усадьбе. Над головой скользнула на бесшумных крыльях сова, холодный бледный свет луны — волчьего солнышка, отбрасывал резкие тени от вкопанного идола.
Помяни волка — вот он. Широко расставив ноги, скрестив руки на широкой груди и выпятив подбородок, на его пути стоял кучерявый Самад. Больше седмицы он не докучал Раджу — толком не мог ходить, но оклемавшись, последние два вечера рыскал рядом с усадьбой Маллы, в надежде на встречу с его дочерью.
Воранг быстро огляделся по сторонам, не заходит ли кто сбоку или сзади. Рот непроизвольно скривился в оскале, с трудом усмирив рвущуюся наружу тёмную ярость, Радж прорычал.
— Уйди с дороги.
Самад молча бросился вперед, в руке блеснул нож. Воранг ушел от удара кувырком назад, приземлился неудачно, нога заныла, ударившись об непонятно откуда взявшийся камень. Правая рука уже сжимала рукоять кинжала, левой подхватил тот долбанный булыжник, метнул навстречу нападавшему сбивая атаку, тот увернулся, слегка замешкавшись.
Приняв боевую стойку, парни замерли на тропе, как два камышовых кота.
За оградой усадьбы послышался яростный лай.
Радж переступил с ноги на ногу, правая отозвалась резкой болью, похоже, кроме ушиба ещё и подвернул. Выставив в защите согнутую левую руку, стиснул зубы, нельзя показывать врагу свою слабость.
Самад перебросил клинок справа налево. Года три назад Радж тоже любил так баловаться ножом, хотя Девдас не раз ему объяснял, что бой не игра, и если уж и меняешь ударную руку, то перебрасывай за спиной. Жаль, что не взял с собой метательный засапожник, всё же на свидание собрался. Парень навострился бросать его мгновенным слитным движением, как бы споткнувшись, опустив руку к сапогу. Отвлек бы кинжалом и метнул в живот.
Самому нельзя отвлекаться! Кучерявый напрыгнув, нанес мгновенный удар, подвернутая нога не дала отскочить на нужную дистанцию, нож Самада полоснул по прикрывшему живот предплечью, но и Радж успел его ткнуть кинжалом на вершок ниже кисти.
Двери усадьбы со скрипом отворились, вперёд с надрывным лаем вырвался пегий сторожевой пёс.
Не решаясь напасть, закружился, подпрыгивая, вокруг парней. За собакой спешил, подсвечивая факелом в здоровенной ручище, звероватый немой мужик, что охранял двор, за поясом торчала секира; следом с копьём в руке — полуголый Малла.
Парни повернулись к архонту, бежать было поздно и глупо.