Коря себя за длинный язык, гнала мысли, уж не она ли стала невольной причиной его пропажи. Но Лали всё равно не могла преодолеть своего влечения к сильному и властному Махиму, теряя голову от его грубости в постели.
Радж неторопливо собирался в дорогу, праздничную одежду оставил в пури, в степи красоваться не перед кем, но забрал всё оружие и боевой шест. Помял в руке повязку вышитую Карви, подумав, бережно положил в замшевый мешок, поверх куртки из вываренной кожи. Там же лежали две чакры и метательный нож. Прядь волос любимой, завернутая в ровдугу, вместо оберега висела на груди. Голову повязал пращой, с левого бока подвесил сумку с зарядами для нее, среди округлых камней дожидались своего часа и пять свинцовых желудей — подарок Ювана. Закинув за спину набитый стрелами колчан, потуже затянул нагрудную пряжку перевязи, бумеранг сунул за пояс.
Попрощался и с соседями — парни потянулись на утреннюю пробежку, похлопал по плечу посмурневшего Вяхиря, улыбнулся.
— Ещё увидимся.
Накануне зашел в мастерскую, отдал резцы Септу, тот уже знал о его отъезде, слухи по маленькой крепости разносятся быстро. Поднявшись с чурбака, мастер отряхнул стружки с кожаного передника и буркнул.
— Я своё слово держу, будет тебе к зиме добрая колесница.
Братья гнули распаренное дерево, готовя обод для колеса.
Прощаясь, парень склонил голову, показывая уважение — чай не отвалится.
Ну, вроде собрался, по привычке подпрыгнул, не брякнет ли что. Бережно взял расправленный лук, прихватил прислоненный к стене дротик с прикрученным к нему дандой. Вышел на улицу, дожидаясь сопровождающего, с удивлением убедился, что на колеснице подъехал Тор, самый доверенный человек архонта.
— Малла суров, но отходчив, да и ты ему глянешься. Поэтому едем в место, где сейчас его лучший табун пасётся, мне сказал, чтобы из него для твоей колесницы коней взяли, цени.
Управляя повозкой, утешал парня Тор, их дорога вела ещё дальше на юго-запад, туда, где на альпийских лугах предгорий Бусахара паслись косяки породистых лошадей.
Грустный Радж приободрился, выходит, что и вправду колесницей владеть будет. Великая честь!
До весны меньше года осталось, ну а коли девушку не отдадут, украду, на колеснице да с добрыми конями нас не догонят. Как в песне поется «средь всех невест наивысшее место, украденная занимает невеста» («Рамаяна»). А с Маллой потом помиримся. Радж повеселел, разглядывая живописные окрестности.
Дорога предстояла не близкая, по словам Тора, на шесть переходов. «Если покровительство дэвов нас не оставит» — воин сделал охранительный знак.
Первая ночевка прошла в соседнем селении, у Тора там проживала зазноба, разбитная вдова, грудастая и широкобедрая, ну прямо кровь с молоком. Серебряный амулет на роскошной груди не висел, а лежал. Радж невольно загляделся на её стати, да и та ласково улыбалась юному красавцу. Потрогал новый оберег, наваждение отпустило.
Вспомнил и наставления Ману: «Взаимную верность нужно сохранять до конца жизни».
Тор притащил из повозки мешок с подарками, бережно развернув платок, достал серебряные подвески для накосника.
Подгоняя троих детей, хозяйка весело распоряжалась, вскоре стол ломился от угощений. Нашелся и горшок с пивом. Лукаво глядя на Раджа, вдова что-то шепнула гостю на ухо. Тот, ухмыльнувшись, отрицательно мотнул головой.
Наевшись, парень отправился в пристройку, чтобы не мешать паре миловаться, раскрасневшаяся хозяйка уже повизгивала, шутливо отбиваясь от цепких рук воина.
Не спалось, под шуршание мышей в соломе, думал о любимой, вспоминая заплаканное лицо девушки.
Поутру, плотно позавтракав, тронулись в дорогу. Повеселевший Тор сказал, глядя на позевывающего Раджа.
— Фрида предлагала и тебе подружку пригласить.
Парень молча снял с себя колчан, остальное оружие, кроме кинжала на поясе, было закреплено на стенках повозки, спрыгнул с неё и прихрамывая, побежал следом, приноравливаясь к неспешной рыси коней.
В дороге, кроме бега, Радж управлял колесницей, меняясь с Тором местами; распрягал, запрягал и обихаживал животных. Воин присматривал, иногда давал советы.
— Напрасно ты на колени присаживаешься, когда копыта чистишь, да ещё резко.
Заметив, как нервно вздрогнули кони, изрек Тор.
— Лучше наклоняйся, и лошадь при этом успокаивающе поглаживай. Да и когда близко двигаешься, по бокам ладонью веди, или голос подай, чтобы она знала, где ты и не дергалась понапрасну.
На следующий день выехали к реке, её низкий левый берег густо порос тростником, высокие метелки скрыли бы с головой и всадника. Из зарослей испуганно ломанулось стадо кабанов, раздался рык и промелькнул полосатый бок тигра.
Лошади взвизгнув, рванули прочь, Радж с трудом остановил их в паре перестрелов. Передав поводья Тору, набросил тетиву на лук и достал с боковой стенки свой дротик.
— Куда собрался? — насмешливо спросил воин.
— Хочу на тигра глянуть.
— Знаю, о чем ты думаешь. Как в тигровой шкуре перед Карви покрасоваться. Только глупость это.