Отец гладил её голову, успокаивающе похлопывая по спине.
— Ну что ты, глупышка, всё будет хорошо. Мы увидимся позже.
Глазами показал Леде — «Забери».
Не выпуская руки сестры, сделав охранный знак, она шагнула в темный провал лаза, нащупывая ногами ступени, развернулась, придерживая, чтобы не упала, хныкающую Вару, по щекам непрерывно текли слёзы.
Мягкий сапожок коснулся почвы, воздух подземелья был сухим, но затхлым, пахло мышами и ещё чем-то неуловимо гадким. Шашика судорожно всхлипнула, Леда успокаивающе погладила её по голове, нашарила брошенный мешок с драгоценностями.
В полумраке из под ног испуганно метнулась прочь крыса. Дождавшись, пока девочки отойдут, по ступеням ловко спустился телохранитель, глухо хлопнула крышка.
Шли согнувшись, придерживая друг друга за плечи в потемках, мечущегося света огонька хватало только на пару шагов. Но видно было, что стены лаза через равные промежутки крепились сосновыми стволами в пядь толщиной, соединенные «в лапу» по верху перемычками.
Держа в одной руке светильник и волоча второй по земле мешок, впереди пробирался Винита.
Замыкал шествие вооруженный Такем. Подземный ход вел вниз.
Когда огонь светильника выхватил из мрака лежащий костяк и оскаленный череп, девчонки испуганно взвизгнули. Тяжело дышащий Винита успокаивающе буркнул: «Скоро выход».
Скорпион отметил про себя: «Похоже строитель, ход недавний, не больше двадцати лет, наверняка сам управитель того ножиком и полоснул, чтобы тайну сохранить. А труп оставил на случай, чтобы воров отпугнуть. Надо приглядывать за ним». Вскоре дошли до конца лаза, отвалив несколько камней, Винита взялся за поручень деревянной крышки.
— Подсоби — попросил Такема. Совместными усилиями выдернули вросшую в грунт деревяшку. В лаз ворвался, задув светильник, свежий воздух.
Тайный ход выходил в поросший колючими кустами чингиля распадок, пахнуло тухлятиной, с крутых склонов сюда сбрасывали мусор и падаль. Винита, отряхиваясь от прилипшей глины и опасливо поглядывая на телохранителя, выдавил из себя, оглядевшись по сторонам.
— Здесь наши пути расходятся.
Скорпион кивнул в ответ. Дом купца находился в богатом квартале, но на террасе ниже дворца, как раз на этот уровень они и спустились по подземному ходу. Проламываясь сквозь кусты, выбрались на малозаметную тропку, обойдя ограду, дошли до ворот богатого дома. Такем нетерпеливо ударил в них пару раз ногой, раздался лай сторожевых псов. Открыв сбоку калитку, оттуда высунулся вооруженный здоровяк с бородой, заплетенной в две косицы.
— Зови хозяина, быстро!
Страж недовольно уставился на отдающего приказы чужака, но тут появился сам встревоженный, в кожаных доспехах Чандак, во дворе у ворот стояли домочадцы с копьями и топорами.
— Заходите внутрь. Это друзья, закрой двери.
Заведя беглецов в богато украшенную комнату, Хиранья обратился к своему телохранителю.
— Абду, собери всех слуг на кухне, пока никого не выпускай из дома.
Поправив длинный кинжал на поясе, верзила удалился.
Такем пристально посмотрел в глаза купца, тот, опустив взгляд, виновато промолвил.
— Я не смогу долго держать в тайне пребывание в моем доме дочерей ванаки. Кто-нибудь из слуг проболтается или донесет.
Скорпион ответил по-аккадски.
— В этом нет нужды, скоро мы покинем твой дом. Укрой их на недолгое время.
Чандак облегченно выдохнул. Телохранитель спокойно сказал девочкам.
— Ждите меня здесь, я скоро вернусь.
Повернулся к купцу — Найдется плащ с капюшоном?
Тот торопливо кивнул.
Город напоминал разворошенный муравейник. До своего дома пришлось добираться окольными путями по тесным улочкам. Тревожно билось сердце, соседи не любили и боялись его, в суматохе могли отыграться на семье. Негромко постучал в хлипкую дверь, изнутри раздался робкий голос. — Кто?
— Открывай, Амизи!
Дверца торопливо распахнулась. Слава Маат, его женщины были в порядке.
Беременная Амизи, светлая шатенка, инстинктивно прикрывала живот, поодаль, держа в руках его дротик, стояла яркая брюнетка Кеби, их трехлетняя малышка Миу прижималась к ноге.
Увидев отца, что-то пискнула, радостно протянув к нему ладошки. Своим женщинам он дал имена на родном языке. (Амизи — цветок, Кеби — мёд, Миу — мягкая, нежная).
— Мы уходим. Берите самое необходимое, укутайтесь поплотнее.
Снял с руки тяжелый серебряный браслет, передав его Амизи. Сразу же надел кожаный наручь. Отодвинув тяжелый сундук, взрыхлил землю кинжалом и достал увесистый мешочек, сунул его Кеби, забрав у неё дротик.
— Быстрее, у нас нет времени.
С женами, а они были из разных племен, он разговаривал на только им понятном языке из смеси арийских, аккадских и слов на языке роме.
На улицах уже собирались банды, где то истошно вопила женщина, в конце переулка взламывали чужую дверь. Им было преградили дорогу, какой-то выродок с крысиной рожей потянулся к покрывалу Кеби, несущей малышку.