— Я — ученый, — гордо заявил Филип.
— Тихий ученый псих, — уточнил Феллер. — Ты верил в то, чего не было и во что никто не верил.
И сделал большой глоток.
— Кроме тебя, — заметил Паркер, следуя примеру друга.
— Со мной все понятно, я давно прошел стадию отрицания, а вот ты сопротивляешься.
— Я не псих!
А2 улыбнулся и вновь поднял стакан:
— Я шутил, брат, ты ведь знаешь. — Сделал глоток и другим, серьезным тоном поинтересовался: — Как развивается проект?
Показав, что настало время поговорить о делах.
— Замена оборудования ar/G идет строго по графику, инвесторы и присланные ими контролеры не проявляют беспокойства, — Филип подобрался, но, заканчивая фразу, не удержался от шутки: — Мы с ними работаем… душа в душу.
— Инвесторам очень нравится проект "Elysium", — обронил Феллер.
— Да, я заметил.
— Они делают на него большую ставку.
— Есть основания.
— Когда мы сможем продемонстрировать работу на тестовой территории?
— Точно в срок.
— Хорошо, — кивнул Феллер. — Что с основным оборудованием?
— К августу замена полностью закончится, и система будет готова к новой OS.
— И это хорошо… Значит, все идет по плану.
— Который мне не очень нравится, — ровным голосом продолжил Паркер.
— Другого у нас нет, — с необычной для него грустью ответил Феллер. — А без плана будет только хуже.
Филип не в первый раз сомневался в их замысле, и отвечая, А2 даже не посмотрел на друга. Ответил и глотнул виски.
— Да, — помолчав, согласился Паркер. — Будет еще хуже. Но неужели мы обречены всегда выбирать меньшее зло?
— В этом суть человеческой природы.
— Не замечать хорошее?
— Превращать хорошее в зло, — жестко ответил Феллер. — Вспомни, брат: все сделанные открытия в какой-то момент превращаются в свою противоположность, договоренности летят в мусорную корзину, любая цивилизация вырождается, идеи становятся токсичными. Мы прикладываем гигантские усилия, чтобы построить что-то работающее или просто хорошее, но рано или поздно оно приходит в негодность. В этом нет ничего странного: колесо крутится, добро обращается злом и наоборот. Это не хорошо и не плохо — так есть. И возможно, создав плохое, мы обретем лучшее.
— Надолго? — уныло осведомился Паркер.
— Нет, — спокойно отозвался А2, прихлебывая виски. — Но и другого выхода у нас нет.
Он всегда говорил эти слова, когда Паркером овладевали сомнения, и тот знал свой ответ:
— Ты же знаешь, что я не подведу.
— Знаю, — А2 поставил опустевший стакан на столик и взялся за бутылку. — А теперь, брат, я тебе скажу то, что ты не любишь слышать, но вынужден. Перед отъездом я инспектировал Институт перспективной психиатрии нашего недоброго друга доктора Моргана Каплан и хочу сказать, что, несмотря на обилие тараканов в голове, доктор Каплан отлично работает и почти на сто процентов готов к следующему шагу реализации проекта.
— Да, я не люблю слышать о Каплан, — отозвался Паркер.
— Я знаю, брат, но мы по уши в грязи и не можем презирать того, кто сидит рядом с нами, — вздохнул Феллер, передавая Филипу стакан с виски. — А раз у Моргана все готово, ускоряй работы по созданию тестовой области: в конце июня я должен представить инвесторам пилотную зону проекта "Elysium".
— Ты ведь военный и должен понимать, что даже под землей трудно остаться незамеченным. Современные люди не в состоянии обойтись без электронных приборов, да и "балалайки" в наших головах создают излучение, которое можно засечь.
— Их излучение очень трудно обнаружить, — проворчал Орк. — В outG чип едва фонит, разведывательный дрон видит его всего с тридцати метров.
— Тем не менее — фонит, — продолжила гнуть свое Беатрис. — Излучение, даже слабое, может выдать убежище, и Гарибальди нашел изумительный способ маскировки: он прячется под станцией муниципальных роботов.
— Разве это не опасно? — удивился Бен. — Я имею в виду: разве муниципалы не проверяют подземные зоны, которые примыкают к их объектам?
— Зачем им проверять? — пожала плечами девушка. — К тому же Освальд расположился не прямо под станцией, а метрах в сорока ниже, но постоянные сигналы и переговоры, которые идут из диспетчерской, наглухо закрывают его от поиска. В ar/G Гарибальди не выходит, но любые приборы в своем логове включает без опаски.
— Молодец, — одобрил Орк.
— Он умный, — закончила девушка. — Один из самых умных парней, с которыми я знакома.
— Почему же он не работает на тебя?
— Поэтому и не работает, — грустно ответила Беатрис, и Бен прикусил язык, сообразив, что девушка еще не пришла в себя после гибели друзей.
