— Всё, всё… — Он ещё раз притянул к себе жену, поцеловал её и сказал: — Ты ждёшь меня, рядом со мной — мои старые друзья и соратники, весь Аскерон за нас, с нами Бог! Как я могу не вернуться?
Габриель махнула рукой и поднялась на борт корабля. Сразу же раздался сигнал боцманской дудки, послышался скрип снастей… Медленно громада военной галеры флота Деспотии отчаливала от пирса. Некоторое время Буревестник стоял и смотрел вслед кораблю, а потом развернулся и резко, чеканя шаг, двинулся к воинскому лагерю, который раскинулся в окрестностях Тулламоры.
Маршевую колонну возглавлял большой отряд аскеронцев, колонна всадников-зверобоев пылила копытами коней по дороге. В одном строю ехали и бывшие галерные рабы, и дружинники, и ортодоксальные баннереты, и много прочих людей с затейливыми судьбами, суровыми взглядами и крепкими, жилистыми руками. Воины все как один ныне считали себя зверобоями и подчинялись Буревестнику. Их кафтаны были чёрного цвета, на рукавах алели нашивки с красными побегами и соцветиями. Над головами, защищёнными неизменными шапелями, реяли аркановские знамёна — чёрные, с Красным Дэном Беллами. Эта тысяча воителей являлась становым хребтом войска, и Рем подумывал о том, чтобы приставить по несколько зверобоев к каждой сотне южан-орра, чтобы иметь возможность противостоять нечеловеческим врагам, с которыми предстоит столкнуться. Зверобои могли ободрять пикинёров и кавалеристов, передавать им опыт сражений с тёмными тварями. Но пока аскеронцы двигались в авангарде.
— Всем смолкнуть, шапки снять с голов,
Он молится за нас!
Заткните шумных дураков,
Бог с нами — в добрый час!
Подтянут, строг, всегда один,
Он скачет вдоль колонн.
'Простёрт Господень жезл! Аминь!
Враг будет сокрушён!'
Приказ пришёл — разжечь костры,
Мы лагерем встаём.
Но даже ночью мы бодры,
Мы с герцогом идём!
Он с нами, с бурей за плечом,
И мы до смерти с ним!
Нам все невзгоды нипочём,
Мы знаем — победим!
О дева, Господу молись,
Жена — люби и жди.
Вдова — чти память и гордись!
Мы с герцогом в пути!
«Путь герцога», песня личных войск Буревестника звучала над зелёными равнинами Юга, и орра, шагая по дороге следом за своими неожиданными союзниками, слушали её незамысловатые куплеты и дивились тому, как слова «Бог» и «смерть» естественно и просто звучат в устах прошедших кровь и огонь мужчин с суровыми лицами.
Орра уже успели оценить лёгкость и прочность аскеронских доспехов, качество и удобство сапог, вкусовые и питательные качества тушёнки и галет, и тонизирующие — териака. Другие бодрящие напитки — в том числе ко и ча — были в экспедиционном корпусе Ордена зверобоя (так именовался отныне отряд под флагом Аркана) запрещены под страхом разрыва контракта, дабы никто из без малого двадцати тысяч орра и не думал хвататься за шпаги по пустячным поводам. Южан под чёрное знамя с Красным Дэном сошлось действительно много, и они продолжали прибывать. И причины этого массового притока новобранцев чаще всего оказывались весьма прозаическими, а точнее — экономическими.
Орочье восстание, охватившее несколько латифундий, создало риск для торговли. Война в Центральных провинциях и окончательный распад Империи лишили Юг большинства рынков сбыта, а обнищание тамошнего населения и разорение дворян сократили спрос на предметы роскоши, которыми являлись и шёлк, и ко, и специи. В связи с этим ухудшилось положение дел и на Юге. Конечно, плодородные земли Страны хлопка могли прокормить и в два раза больше людей, чем проживало там сейчас, но одно дело — не голодать, а другое — вести зажиточную, интересную жизнь, идти вперёд с высоко поднятой головой!
И потому молодые поселяне-орра, которым не хватило работы и доходов на сократившихся фермерских посевных площадях шафрана, кориандра, горчицы, майорана и других пряностей, подписывали контракт пикинёра, рассчитывая отдать полученный аванс многочисленной семье. А самому — обзавестись экипировкой, кормёжкой, ежемесячными выплатами, долей в добыче и, кто знает — славой и репутацией, которые, как известно, первый шаг к статусу аристократа!
Настоящих же аристократов кроме приличного жалованья будоражила личность Аркана: они завидовали тем, кто повидал далёкие земли, пережил невероятные приключения и теперь мог о них рассказывать в тавернах и кабаках, похваляясь диковинными украшениями, дорогим оружием или боевыми шрамами. «Там, где Аркан, всегда что-нибудь происходит» — эту расхожую истину знали все, и потому торопились поучаствовать в эпохальных событиях. Принципиальным моментом для орра был враг, с которым придётся скрестить оружие. Буревестник здесь скрывать ничего не собирался: воевать надо будет с войсками узурпатора Краузе, слугами Синедриона и эльфами Туринн-Таура. Ни к кому из них южане тёплых чувств не испытывали и более того — они мать-мать-мать их всех, их родню, домочадцев и присных.
