Расплата за недальновидность оказалась жестокой. Продавшиеся Синедриону маги заморозили болотистый грунт широкой полосой и завели в тыл ортодоксальной армии крупный отряд рыцарской конницы, а укрепления были размётаны локальным землетрясением, после чего на штурм кинулась наёмная пехота и спешенные рыцари. Воспользовавшись замешательством, выращенные эльфийскими колдунами за лето туринн-таурские корабли подошли к понтонному мосту, в стрелковом бою потеснили арбалетчиков и высадили десант на берегу. А дальше — дальше началось многочасовое, многодневное отступление ортодоксов, которые были вынуждены постоянно держать круговую оборону, нести на себе своих раненых товарищей и припасы и сражаться с гораздо более многочисленным противником. Дорога домой стала для княжеских дружинников дорогой смерти… Их мужество и стойкость были достойны легенд, но не спасли от стрел эльфов, атак рыцарской конницы и козней магов.
Аркан всё время думал — мог ли он помочь войску единоверцев? Будь здесь весь Аскерон в силах тяжких, как полгода назад у замка Шарант-на-Сафате — пожалуй что и да. Разгромить Краузе объединёнными силами казалось делом возможным. Невозможным было другое: перебросить сюда тридцать или сорок тысяч солдат, наладить снабжение и, главное — установить отношения с местными, доказать трём очень могущественным, очень умным и очень гордым людям, что их представления о реальности яйца выеденного не стоят, внушить им необходимость действовать в соответствии с тактикой Ордена зверобоев… Объяснить, что молитва по нынешним временам никак не меньшее оружие, чем сталь и огонь! И, конечно, нельзя быть уверенным, что после того, как решающая битва с узурпатором состоится, Аскерон уцелеет. Совершеннейшей глупостью стало бы уповать на то, что Антуан дю Массакр не воспользуется моментом и не ударит по Деспотии, когда лучшие воины уйдут сражаться за Юго-Восток!
Поэтому Буревестник, хотя и чувствовал свою ответственность за происходящее — в глобальном смысле, но на практике понимал: лично он в этих конкретных обстоятельствах действовал максимально рационально. Может быть, не красиво, не героически, неэтично, но когда Арканов волновали такие мелочи? Арканы всегда считали, что дело должно быть сделано — во славу Господа, на пользу людям и к вящему могуществу великой семьи Арканов.
Именно поэтому Рем не собирался входить в Первую Гавань сразу, хотя белые башни древнего города, высокие зубчатые стены, блеск церковных куполов и будоражащее душу ощущение близости к разгадке тайны Мамерка Пустельги и не давали ему покоя. Но время пока не настало…
Пока же экспедиционный корпус стоял на берегу Рубона Великого, выстроив настоящий лагерь легиона — с Форум Игнис, Виа Преториа и прочими атрибутами имперского порядка. Зверобои и орра-командиры южных кавалерийских и пехотных сотен изучали диспозицию будущего сражения по многократно размноженным картам и схемам городских улиц Первой Гавани, гонцы мчались во все ближайшие монастыри и скиты, неся с собой послания от аскеронского экзарха и аскеронского герцога. Аркан хорошо усвоил: когда имеешь дело с тёмными силами, нечего и думать справиться с ними самостоятельно. Никакой стали и алхимии не хватит для того, чтобы препятствовать кровавой волшбе или демоническим отродьям. Есть только одна сила, способная помочь в этом противостоянии…
Именно поэтому он сам, лично, встречал каждый из небольших церковных отрядов, что прибывали в разрастающийся лагерь ортодоксов. Три, десять или сорок человек в простых серых сутанах — ему было неважно. Братья-зилоты, военные капелланы, пламенные миссионеры-лекари — каждому из священников-ортодоксов, откликнувшихся на призыв, находилась палатка, место за столом и пара слов благодарности — от самого герцога. Даже из Первой Гавани пришёл кое-кто из духовенства, чтобы выяснить намерения странного аскеронца. Услышав ответы на животрепещущие вопросы, умудрённые опытом служители церкви старой имперской столицы уходили встревоженные и вместе с тем полные надежды. Аскеронские ортодоксы пришли сюда, чтобы защитить столицу, и привели с собой большое наёмное войско из южан! Подумать только, такая помощь — в такие сложные времена! Экзарх Деграса даже передал Буревестнику послание, в котором звал того в гости в монастырь Всех Прежних Святых, и Рем обещал явиться… Но не сразу. Горожане должны были дозреть.
Три дня стоял лагерь в виду города. Три дня войска Аркана приводили в порядок снаряжение и оружие, закупали свежий провиант у местных и ждали. Ждали, пока священники не донесут до своей паствы неизбежное, на границе неба и Зелёного моря не покажутся паруса, а с севера не начнут прибывать бегущие от войны люди.
