— О нет, — ответил Странник, — Я ограбил творца огня — он так и не смог понять, что произошло. Я действовал быстро и хитро, и вскоре стихия огня, в которой я нуждался, была уже у меня в кармане. Но когда дело было сделано, я почувствовал вкус свободы. Она вскружила мне голову, так сильно, что я забыл о том, насколько опасно оставаться в своем истинном облике дольше, чем оно того требуется. И я дорого заплатил за свою забывчивость. Близнецы Диоскуры давно выслеживают меня — ранее я уже ускользал от них несколько раз, и они горели неистовым желанием наказать меня за такое везение. И на этот раз удача им улыбнулась. Я скитался по Поднебесью в своем первозданном обличии, и они заметили меня.
Странник замолчал, и троица невольно воскресила в памяти безжалостное нападение Близнецов. Неужели мысль о том, что кто-то мог посягнуть на то, что принадлежит тебе, может вызвать такую ненависть? Может вызвать желание убить? Арлет вдруг вспомнились яростные глаза ящера, который был готов испепелить ее лишь потому, что она поднялась в его чан. Вот, пожалуй, и ответ…
— Кто такие Хранители? — обратилась она к Страннику, вопрос вырвался наружу сам по себе, — Каково их предназначение?
— Хрр… — брови лютогара вновь превратились а одну сплошную линию, — Вы ничего не знаете об Аграале, но знаете о существовании Хранителей. Что ж, — добавил он, когда троица так ничего и не ответила, — Хранители оберегают стихию, созданную творцами. Каждый день творцы, готовые исполнить свой долг, совершают поход в свои Обители — стихия Воды на рассвете, стихия Земли днем, стихия Огня на закате, а стихия Воздуха ночью. Там происходит то, что называется священным творением — творцы обращаются в свои стихийные обличия и создают силу, которая в итоге послужит жизненным источником для Загранья. Они отдают эту силу Хранителям, которые в своих священных ореолах — местах, где сии стихийные духи были когда-то рождены, и вокруг которых были когда-то возведены стены стихийных Обителей — готовят эту стихию для ее предназначения. Они настаивают ее до тех пор, пока она не превращается в то, что мы называем живой стихией. Затем Хранители направляют живую стихию в Башню, откуда она и проникает в Загранье, и тем самым его питает.
Глаза Эдвиана округлились, как две монеты, Нео была в замешательстве — она все никак не могла решить, фыркнуть ли ей или восхищаться, да и сама Арлет была поражена не меньше, чем остальные. Неужели все и правда происходит именно так? Реки, деревья, ветер, и даже огонь — неужели все это твориться в этом месте? В Аграале?
Рот Странника скривился в усмешке — наверняка он понял, о чем думают его слушатели
— Хрр… именно для этого и существует Грань, — сказал он.
— Для этого? — переспросила Нео.
— Чтобы вы, загранные, не верили в чудеса.
Да, все это воистину смахивало на чудеса.
— А верховные творцы — они тоже живут в Обители? — спросил Эдвиан, — Так же, как и Хрантели?
— В стихийных Обителях не живет никто, кроме самой стихии, и ее Хранителей, — ответил Странник, — Творцы используют Обители лишь для священного творения, а также для проведения всестихийных Единений и других совещаний.
Арлет вдруг вспомнила Мисартим, из которой чан будто высосал всю жизнь. Священное творение. Видимо, этот ритуал и правда был чем-то, вроде священной жертвы. Жертвы, принесенной во благо загранных, во благо таких, как она.
— Неужели творцы должны оказаться на пороге смерти, чтобы сотворить стихию для своего Хранителя? — Арлет никак не могла понять суть такого истязания, — Я видела, как огненный творец едва не лишился жизни после того, как создал стихию для ящера.
— Для творцов настали тяжёлые времена, — в словах Странника не было ни намека на жалость, — Из-за исчезновений, с каждым днем их численность уменьшается, и все же, жизнь в Загранье требует своего, как и прежде. Поэтому некоторым творцам, особенно верховным правителям, приходится отдавать больше стихии, нежели они отдавали раньше. Для того, чтобы поддерживать баланс. Постой, загранная, — добавил он, сощурив свои серые глаза, — ты сказала ящер?
Арлет неуверенно кивнула.
— Огненный ящер, — добавила она, — он был внутри чана.
— Откуда ты знаешь, как выглядит Хранитель Огня?
— Я видела его своими глазами, — осторожно ответила Арлет, все еще будучи не уверенной, насколько откровенной она может быть с лютогаром, — когда бежала из Обители.
— Видела? — мышцы на лице Странника заметно напряглись, — Хрр… очередная ложь. Лишь верховные творцы воочию знают, как выглядят Хранители, и то не все. А те, кто знает, бережно хранят этот секрет. Ведь Хранители всегда спят, только так они могут настаивать живую стихию. И пробудить их может лишь одно — неминуемая опасность, которая угрожает их стихии. Об этом знают даже лютогары.
Сердце Арлет застучало — ведь если Странник говорит правду, то Хранитель почувствовал смертельную угрозу, когда появился перед ней. Но почему? Что она могла сделать такому величественному созданию, как он?
— Но я и правда его видела, — нахмурилась Арлет.
