Армения глазами русских литераторов полностью

Я выхожу, комкая свою авоську, я отхожу на противоположный угол, в тень, и там стою ещё какое-то время, поглаживая, заглаживая хвост раздражения. Ты с ума сошёл, говорю я себе. Ты с ума сошёл, на кого ты злишься! Разве они в чём-нибудь виноваты? Они – наоборот, они молодцы. Не они придумали эту очередь, им её навязали как факт, и они обходят как только могут и хотя бы в этом несоблюдении, в этом уклонении от формы и строя проявляют себя живыми людьми. А арбузы – чёрт с ними, с арбузами. Им для детей, а тебе для кого? Когда это ты так для себя волновался? Пойди-ка лучше кофе попей…

…На первом этаже под шестым номером – крохотная двухкомнатная квартирка без кухни, ванной и туалета, но есть раковина с холодной водой и электрическая плитка для кофе. Всё это – владения аспиранта Миши, невысокого парнишки с красивыми усами и хитроватым, но беззлобным взглядом. В передней комнатке стоит наш возлюбленный, наш в куски разобранный ТГС-12, и мы с Олегом над ним колдуем, а в соседней комнатке помещается Миша, крутит кофе, варит кофе, сидит за столом – пьёт кофе… Миша не только пьёт кофе, он ещё переводит статью из журнала – на армянский, через англо-русский словарь. Тоже не часто такое увидишь. Чудак, думаю я, писал бы уж прямо по-русски. Нет, русский – это не прямо, это для него только средство. Результат – это когда по-армянски, когда предельное единство текста и мысли. Я вынимаю записную книжку и начинаю с Мишей игру в слова, ту самую, в которую с неизменным успехом играли все русские литераторы, когда-либо побывавшие в Армении. О, эта тщетная попытка прорваться, достичь, проникнуть, заучив механически пару десятков слов! Представляю себе моё произношение. Итак, сначала – числительные. Мек, ерку, ерек, чорс, хинг, вец, ёт, ут, иннэ, тас. Язык, действительно, великолепный… Плотный, насыщенный, физически ощутимый. Мек хат – одна штука. Мек гават сурч – одна чашка кофе. Ну-с, что же дальше?

«Не искушай чужих наречий, но постарайся их забыть, ведь всё равно ты не сумеешь стекла зубами укусить…»

Но когда мы втроём с Олегом и Мишей идём в буфет пить свой мацун и Миша спрашивает буфетчицу: Паныр чунэк? – а она отвечает: Чэ, паныр чунэм! – я внезапно чувствую острую радость… Паныр чунэм – до чего же прекрасно! Сыра нет – ну просто замечательно!..

…Разговоры разговорами, а работать приходится. Мы уходим домой никогда не раньше шести, иногда позже, иногда значительно позже.

14.3. Найдите в тексте однокоренные слова к выделенным словам:

дружеская встреча; тихо разговаривать; далёкий причал; журавлиный клин; гладить кошку; злой человек; чудаковатый человек.

14.4. Определите значение суффиксов в выделенных словах:

интеллигентнейший человек; чистенький мальчик; хитроватый взгляд.

14.5. Объясните, каким образом в тексте оформлена авторская речь? Найдите случаи употребления несобственно-прямой речи. Как проявляется авторское отношение к описываемым событиям?

14.6. В каких фрагментах в тексте автор прибегает к иронии и юмору? Прочитайте эти фрагменты с выражением, выделите логические и художественные паузы.

14.7. Составьте предложения с сочетаниями:быть крайним; вклиниваться в очередь; скрюченная старушка; матрасный мешок; разбухать, как флюс; комкать авоську– на тему «В очереди за арбузами в Ереване».

14.8. В какую игру, по словам автора, играют все русские литераторы, попавшие в Армению? Как вы понимаете фразу «О, эта тщетная попытка прорваться, достичь, проникнуть, заучив механически пару десятков слов!»?

14.9. На основе прочитанного прокомментируйте строки Осипа Мандельштама:

«Не искушай чужих наречий, но постарайся их забыть – / Ведь всё равно ты не сумеешь стекла зубами укусить…»