Упразднена должность варшавского генерал-губернатора, что дало более простора в действиях маркизу Велепольскому.
24-го июля/5-го августа постановлено Советом Управления приступить с 13/25-го августа к постепенному открытию уездных советов в новом составе, начав с Радомской губернии.
31-го июля/12-го августа последовало Высочайшее повеление учредить в Царстве Польском особое Управление почт, взамен существовавшего Почтового округа.
7/19-го августа – такое же Высочайшее повеление об учреждении особого Управления путей сообщения, взамен прежнего VII округа.
В это же время президентом города Варшавы, на место Казимира Войде, назначен сын начальника гражданского управления камергер Сигизмунд Велепольский, а начальником Варшавского военного отдела и командующим войсками в Варшаве, на место генерал-лейтенанта Хрулева, назначен начальник 6-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Семека.
Вследствие объявленного подпольной революционной властью жителям Варшавы запрещения носить общепринятые цилиндрические шляпы начальник гражданского управления, со своей стороны, отдал приказ (6/18 августа), чтобы все служащие чиновники носили эти шляпы для того именно, чтобы показать, что они не подчиняются шайке злодеев.
15/27-го августа обнародована прокламация Великого Князя наместника к населению Царства по поводу бывших злодейских покушений на жизнь Его Высочества, графа Лидерса и Велеполь-ского. Указав на благие намерения Государя и на предпринятые реформы для удовлетворения истинных нужд страны, наместник убеждал благоразумных поляков не допускать, чтобы горсть злодеев воспрепятствовала осуществлению этих благих намерений. «Положитесь на меня, – говорил Великий Князь, – с тем же доверием, с которым я на вас полагаюсь».
Вслед за тем, 27-го августа/8-го сентября, Великим Князем наместником объявлено о Высочайшем соизволении на постепенное снятие военного положения в разных частях Царства. Мера эта, для первого начала, применена в Радомской губернии, с оставлением в силе лишь правил относительно дозволения иметь оружие и порядка подсудности военному суду по преступлениям политического свойства. Месяцем позже – (28-го сентября/ 10-го октября) также снято военное положение в губерниях Люблинской и Августовской, за исключением городов: Люблина, Седлеца и Сувалок.
8/20-го сентября объявлена новая милость Царская: Указ 19-го февраля 1860 года о прекращении розыска имений, подлежавших конфискации вследствие революции 1830 года, распространен на имения лиц, вновь подвергшихся уголовным карам за политические преступления последнего времени.
10/22-го сентября последовало открытие двух факультетов «Главной школы»: юридического и физико-математического. 16/ 18-го числа Великий Князь наместник принимал в Лазенковском дворце профессоров этих двух факультетов, причем высказаны были взаимно обычные в таких случаях любезности. Несколько дней спустя (24-го сентября/6-го октября) открыты еще два факультета: историко-филологический и медицинский (заменивший прежнюю Медико-хирургическую академию). Ректором Главной школы утвержден доктор медицины Мяновский, знакомый Петербургу, где он занимался многие годы врачебной практикой. Кроме того, открыт в конце того же месяца (30-го сентября/12-го октября) Политехнический институт в Новой-Александрии (близ Пулавы).
Таким образом гражданское управление Царства Польского не теряло времени и выказывало замечательную деятельность. 19-го же сентября (1-го октября нов. ст.) открыта лично Великим Князем наместником новая сессия Государственного Совета Царства, причем Его Высочество снова заявил, что печальные события последнего времени нисколько не охладили в нем благих намерений, и затем указал на те законодательные вопросы, которые подлежали обсуждению Совета в видах дальнейшего улучшения административного строя и развития автономии Царства. Программа предстоявших Совету работ была полновесная. Маркиз Велепольский, председательствовавший в обыкновенных заседаниях, подготовил к обсуждению Совета целый ряд законопроектов и предложений, входивших в его план преобразования, который приводился в исполнение настойчиво, без малейшего внимания к тогдашнему смутному положению страны и к возраставшей силе подпольной революционной власти. Совет, исключительно составленный из поляков, усердно помогал маркизу во всех мерах, прямо клонившихся к полному обособлению Царства Польского, к искоренению всего, что напоминало еще русскую власть и русское имя. Так, например, введены прежние польские меры, польские надписи на гербовых и других бумагах, постановлено не употреблять наименования греко-униатов, а признавать их католиками, от которых они отличаются, по мнению Совета, исключительно лишь церковным обрядом.
