У меня начали пошаливать нервишки, и я допил-таки кружку заморского светлого эля, показавшегося под конец не столь уж откровенно гадким, а как с улицы донеслись восемь раскатистых ударов, так и поднялся из-за стола.
– Схожу облегчусь! – заявил во всеуслышание, после наклонился и куда тише попросил: – Вы меня не теряйте, по делам отлучиться нужно. Уже не вернусь, наверное. Всё, до завтра!
На вопросы я отвечать не пожелал, сунул Вьюну три целковых и отправился на задний двор. В сарайчик с уборными не завернул и сразу перемахнул через забор. Приземлился в грязь и поспешил прочь по тёмному проходу меж домов. Вывернул на соседнюю улочку и оглянулся, на следующем перекрёстке вновь повернул. На глаза попалась подсвеченная призрачно-багряным сиянием пирамида, и я ругнулся вполголоса, хотя лучше ориентира сейчас было и не сыскать. Точно ведь не заблужусь!
И – не заблудился, пусть в голове даже мягко-мягко шумело из-за выпитой кружки пива. Пришёл загодя, минут десять простоял в тёмной подворотне, а как мимо покатил дилижанс, рывком нагнал его и заскочил на козлы.
– Ты чего ещё?! – возмутился кучер, потянувшись то ли за плетью, то ли за дубинкой, а то и чем поопасней.
У меня меж пальцев возникла крупная серебряная монета в двадцать пять грошей.
– Билет купить не успел. Столкуемся?
И – столковались.
В клуб тайнознатцев я заявился в самом начале десятого. Прошёлся, осмотрелся, приметил Доляна и Пяста, а вот ни Огнеяра, ни наставника Краса видно не было. Зато на глаза попался подвыпивший Девясил. И тут же подошла Беляна.
– Огнеяра не видела, Крас умотал куда-то два часа назад и больше не возвращался.
– Понял. Погоди немного.
Я заплатил за две кружки эля, подумав между делом, что прямо-таки сорю сегодня деньгами, и подсел к наставнику Девясилу.
– Вечер добрый! Не помешаю?
Тот от дармовой выпивки отказываться не стал, но, сцапав кружку, сразу предупредил:
– Об арканах даже речи не заводи!
– Не! – мотнул я головой. – О распределении спросить хочу.
– А что распределение? – удивился наставник и хлебнул пива. – Распределение завтра… Нет, послезавтра. Да! Послезавтра всех по новым местам раскидают.
– Уже известно, куда меня засунут?
– Не интересовался.
Я вздохнул.
– Понятно. – Затем огляделся и произнёс: – А Огнеяр или Крас не в клубе, часом? Что-то их не видно.
– Огнеяр в Тегосе, – сказал Девясил и пригладил усы. – Крас обещался подойти, да что-то никак не объявится. Ну его! Сплошное разорение с ним в карты играть!
Я посидел ещё чуток и покивал, а потом откланялся, оставив на столе пригубленную кружку пива.
Круг подозреваемых вроде как сузился, только сузился ли?
Непонятно.
Когда подошёл к Беляне, та сразу потянула меня на выход.
– Идём! Устала, сил никаких нет!
Да мне и самому не до танцев было – еле ногами ворочал. Пока шли до усадьбы, ещё держался как-то и по сторонам поглядывать не забывал, а в каморке сразу разделся и завалился в койку. Беляна же углядела лежавшее на столе письмо и радостно взвизгнула:
– Пришло!
Она тут же вскрыла конверт и достала из него исписанные убористым почерком листы.
– От Заряны? – догадался я и спросил: – И что пишет?
Беляна отмахнулась и углубилась в чтение, затем только оценивающе глянула на меня и с улыбкой произнесла:
– Заряна интересуется, не ходишь ли ты на сторону, не изменяешь ли нам.
Нам? Ну-ну.
– Не виновен, ваша честь!
Девчонка закрыла заслонку ночника и зашуршала одеждой.
– Вот напишу, что ты погряз в пороке и сожительствуешь с двумя шлюшками из школы Призрачных волков, будешь тогда знать! – Она улеглась ко мне, прижалась и легонько куснула за ухо. – Скажи, что у тебя с ними ничего не было!
– Не виновен, ваша честь! – повторил я и спросил: – Так что пишет-то?
– Ядро сформировала и даже выбилась в лучшие ученики внешнего круга. Цареслав в школу не вернулся, дворянчики от неё отстали. С некоторыми общаться начала.
– И всё? – не поверил я. – Там листов пять с двух сторон исписано!
– А остальное наши девичьи секреты, и не смей совать в них свой длинный нос! – отрезала Беляна, устроилась поудобней и шепнула: – Спи!
На следующий день Вьюн заявился в больницу уже ближе к полудню.
– Держи, Боярин! – протянул он мне пять золотых кругляшей. – Всё честь по чести: половина от того, что нам за наводку досталось.
– И как прошло? – полюбопытствовал я, пряча деньги.
Босяк только плечами пожал.
– Чего не знаю, того не знаю. Но накрыли кого-то, раз Шалый на сотню расщедрился. Он тот ещё выжига, лишнего сроду не заплатит.
– Погоди! – вновь придержал я его. – Знаешь, где Долян живёт?
Вьюн уставился на меня во все глаза, а после медленно кивнул.
– Знаю. Всех старших в дом на углу Восточной и Арсенальной заселили. Там ещё напротив ресторация «Золотая пальма». Это в двух шагах от форта.
Я прекрасно помнил тот перекрёсток, поэтому хлопнул босяка по плечу и сказал:
– Найду! Спасибо!
– Найти – найдёшь, – усмехнулся босяк, – только внутрь не пробраться. Незаметно – так уж точно. Пропускной режим, ага. Чужакам ходу нет!
Меня это известие нисколько не смутило.
– Да и нормально! – отмахнулся я.
Вьюн понимающе прищурился.
– По пути из клуба его прижучить думаешь?
