Астероиды. Рожденные пламенем полностью

К середине 2006 года число транснептуновых объектов перевалило за шесть сотен, причем один из них – Эрида – напрямую соперничал с Плутоном за статус «главного» объекта за орбитой Нептуна. Пришло время принять решение: или все крупные объекты транснептунового пояса, сравнимые с Плутоном, должны получить статус планеты, или сам Плутон должен быть его лишен. И решение было принято. 24 августа 2006 года на Генеральной ассамблее Международного астрономического союза (IAU, МАС) проходящей в Праге, группа астрономов во главе с директором Центра малых планет Брайаном Марсденом вынесла на голосование два предложения: изменение определения объекта, имеющего право называться планетой Солнечной системы, и введение в номенклатуру нового обозначения «карликовая планета», в том числе и для открытых ранее объектов. На самом деле мало кто знает, что у этой истории существует давняя подоплека. Еще в 1980 году Марсден открыто заявил Томбо, что не считает Плутон планетой, так как тот, по его мнению, является лишь самым крупным объектом пояса малых тел за орбитой Нептуна, который пока еще не открыт. В целом, как мы видим, события, начавшие происходить спустя 12 лет после этой дискуссии, полностью подтвердили его слова, а открытия крупных объектов транснептунового пояса Брауном и его командой лишь подлили масла в огонь. Так что еще большой вопрос, кого считать «убийцей Плутона»: самого Брауна, который очень гордится своим общепризнанным «статусом», или Марсдена? В итоге предложение директора Центра малых планет было принято, и с этого момента согласно «Резолюции B5» планетой [110] может считаться лишь объект, который имеет следующие признаки:

– обращается вокруг Солнца;

– обладает достаточной массой, чтобы сила его гравитации преодолела силу жесткости этого тела, и он принял гидростатически равновесную (почти круглую) форму;

– очистил окрестности вокруг своей орбиты.

Как видите, третий пункт был убийственен для Плутона, который теперь должен был быть отнесен к новому типу объектов – карликовым планетам, удовлетворяющим следующим требованиям:

– обращается вокруг Солнца;

– обладает достаточной массой, чтобы сила его гравитации преодолела силу жесткости этого тела, и он принял гидростатически равновесную (почти круглую) форму;

– не очистил окрестности вокруг своей орбиты;

– не является чьим-либо спутником (обращается по гелиоцентрической орбите).

Принятая следом «Резолюция B6» содержала всего несколько строчек:

«Далее МАС постановляет:

Плутон является «карликовой планетой» в соответствии с вышеприведенным определением и признается в качестве прототипа новой категории транснептуновых объектов».

Вот так в Солнечной системе вновь стало восемь планет, а за орбитой Нептуна был открыт целый новый мир, включающий в себя четыре из пяти карликовых планет: Плутон, Эриду, Макемаке и Хаумеа. К сожалению, объекты, населяющие его, были видны нам даже с помощью самых мощных телескопов лишь как крохотные комочки, по которым мы пытались определить детали их поверхности. В 1970–1980 годах мимо планет-гигантов пролетели автоматические межпланетные станции, по-новому открыв нам эти, казалось, уже давно и хорошо изученные объекты. Но неужели Плутон навсегда останется для нас Terra incognita? Именно такие мысли в 1988 году посещали молодого аспиранта Алана Стерна. Изучение Плутона стало его мечтой и научной целью на долгие годы.

Первые наброски будущей миссии к тогда еще девятой планете, разрабатываемой небольшой группой ученых, обрели очертания в конце 1990 года. Проект «Плутон‑350» представлял собой небольшой 350‑килограммовый космический аппарат, который нес на борту ограниченный набор самого необходимого научного оборудования и мог быть запущен к Плутону ракетой-носителем среднего класса, но не напрямую, а с тремя гравитационными маневрами у Венеры, Земли и Юпитера. С окончанием космической гонки между СССР и США время «многомиллиардных» миссий прошло. Нужно было предложить NASA реализуемый проект ненамного дороже тех, что предлагались для участия в программе Discovery, о которой мы более подробно поговорим в главе 7.

На слушаниях в феврале 1991 года программа «Плутон‑350» была одобрена и принята для дальнейшей проработки. В попытках придумать, как сэкономить на дорогих миссиях, группа инженеров предложила создать единую платформу, которая удовлетворит всех ученых, вместо того чтобы отдельно разрабатывать каждый новый космический аппарат, нацеленный на дальние планеты. Идея на первый взгляд была хороша, но в реальности это универсальное решение, названное «Маринер Марк II», оказалось тяжелым космическим аппаратом с расчетной стоимостью свыше 2 млрд долларов США. Стерн понимал, что эта идея не будет реализована, но ему было настойчиво предложено пока отложить «Плутон‑350» и подумать о «большом» аппарате для исследования Плутона.