Неудача этих неоднократных попыток заставила Стамбул спланировать другую операцию, доверив ее полковнику, назначенному губернатором, Али Галипу.
Приложили к этому делу и англичане.
Покончить с Кемалем должен был преданый режиму Али Галип, пытавшийся арестовать Кемаля еще во время конгресса в Эрзуруме.
Его резиденция находилась в Малатье, в трехстах километрах к югу от Сиваса.
В его распоряжении было несколько десятков курдов, враждебно настроенных к националистам, и английский майор Ноэль, специалист по курдам.
Понятно, что Али Галип не мог представлять серьезной угрозы для героя Дарданелл.
Кемаль направил всего один полк, обративший курдов в бегство.
Победа была легка, но Кемаль умело превратил ее в настоящее крупное сражение, чтобы в очередной раз обвинить правительство в заговоре против патриотов, в сотрудничестве с англичанами и отметить пагубную роль англичан в Курдистане.
Провал этой затеи и изгнание великого везиря с Парижской конференции позволили Кемалю перейти в еще более решительное наступление и уже к концу сентября установить контроль над гражданской администрацией на большей части неоккупированной Анатолии.
В своем стремлении как можно скорее покончить с центральным правительством некоторые горячие головы требовали немедленного похода на столицу.
Однако Кемаль не поддержал их.
Подобное выступление могло привести в ход такие силы, с которыми у него пока еще не было возможности бороться.
Он не без основания опасался опьяненных сладким воздухом свободы командиров партизанских отрядов, способных в любой момент выйти из-под его подчинения, как это и случилось несколько позже.
Да и зачем ему была совершенно ненужная трата сил!
Имея доказательства участия великого везиря в подстрекательстве курдов, он собирался сбросить Дамада Ферит-пашу и без похода на Стамбул, благо, что события в Малатье вызвали волну протеста по всей Анатолии.
В беседе со своим старым приятелем еще по Салоникам Абдулкерим-пашой Кемаль обмолвился о том, что если Дамад Ферит-паша не будет отправлен в отставку и не будут назначены новые выборы в парламент, то «нация увидит себя вынужденной обратиться к необходимым действиям, и этому уже нельзя будет ничем помешать».
В Сивасе Кемаль продемонстрировал большие амбиции, искусство убеждать, блестящую логику, тактическое превосходство над людьми и событиями, властолюбие.
Представительный комитет прекратил почтовую и телеграфную связь между Анатолией и Стамбулом и потребовал от султана замены кабинета Ферида-паши правительством, пользующимся доверием нации.
Против самого султана кемалисты в тот период открыто не выступали.
По всей Анатолии прокатилась волна митингов и собраний, разрозненные партизанские отряды в Северо-Западной Анатолии объединились в более крупные части и приняли общее наименование «национальные силы».
Многочисленные резолюции требовали немедленного похода на Стамбул.
Кемаль, сам опасавшийся бурного антисултанского движения, предупредил султана, что если он не даст отставки Фериду, то «нация увидит себя вынужденной обратиться к необходимым действиям, и этому уже нельзя будет ничем помешать».
Другой важной победой стремившегося еще больше укрепить свою власть в движении Кемаля в Сивасе явилось искусное формирование националистического движения.
В известной степени решил он и вопрос с юнионистами.
Кемаль не мог отказаться от их поддержки, но не хотел и возрождения «Единения и прогресса».
— Клянусь Аллахом, — заявил он на одном из заседаний, — я не борюсь за возрождение «Единения и прогресса» и за интересы другой партии…
Пообещали придерживаться этой линии и другие бывшие.
Кемаль воспользуется их клятвой и в нужное время напомнит о клятве в Сивасе и жестоко накажет юнионистов, стремящихся возродить партию.
Вслед за юнионистами Кемаль решил вопрос с «Караколом».
Его лидер, Кара Васыф, разослал по всем армейским корпусам циркуляр, информирующий о военных и политических задачах своего движения.
Кемаль сделал ему серьезное предупреждение: никакая секретная организация не должна существовать вне оккупированных территорий, только Общество по защите прав должно представлять интересы националистов.
Когда же Васыф отказался подчиниться, то Кемаль заявил, что в этом случае «Каракол» должен исчезнуть.
«Каракол» не исчез сразу, и все это время Кемаль внимательно следил за его деятельностью.
По предложению Кемаля конгресс назначил также командующего силами национального сопротивления на западе Анатолии.
Али Фуад, друг Кемаля, должен был объединить все нерегулярные отряды.
Наконец Кемаль подготовил настоящую западню для султана.
7 сентября после бурных продолжительных дебатов конгресс подготовил и утвердил длинную телеграмму, адресованную султану.
Начатая в льстивом тоне, она заканчивалась поистине революционно.
