Но пока до этого было далеко, и они стояли у железной двери. После продолжительных переговоров невидимый затвор громко звякнул, разразившись в ушах мощным эхом тесного бетонного коридора. Очень долго не слышавшие ничего громче шепота беглецы вздрогнули от неожиданности и боли удара по барабанным перепонкам. В голове еще долго звенело, будто выпущенная пуля все глубже и глубже вкручивалась в мягкие ткани мозга. Даже привычный к катакомбам скаут вздрогнул, отшатнувшись к стоящему позади него Альберту. Это было очень уместно, потому как через миг скрипучая дверь распахнулась, пройдя как раз по месту, где только что стояла нога Азата. Из-за нее показались желтые языки пламени, озарявшие лицо человека, держащего факел. Едва не опаляя себе брови огнем, на них смотрела лысая голова, формой напоминающая крупный асимметричный булыжник. Вроде бы все черты лица человека были на месте, но располагались с некоторым отклонением от привычной симметрии. Гримаса сторожа дверного проема стремилась быть злобной, но злоба эта была напускной. Он хмуро осмотрел стоявших гуськом гостей, выглядывая то слева, то справа от загородившего половину прохода Азата.
– Это еще кто? – недоверчиво спросил караульный.
– Те самые «преступники», поднявшие на уши полстраны, – гордо ответил скаут.
– И ты привел их прямо в наше убежище? Совсем, что ли, с ума сошел? – Теперь взгляд сторожа стал по-настоящему злым, а ноздри расширились, как перед схваткой с врагом.
– Они же против системы, – изумился Азат. – Значит они наши друзья. В полицию ведь они нас не сдадут. Из-за угрозы тюрьмы дорога к легавым для них закрыта.
– А ты не думал, что полиция специально могла разыграть весь этот спектакль с безумными беглецами, лишь бы такой дурак, как ты, в это поверил и привел шпионов прямиком к нам?
После того, как его слова улетели вдаль гулким эхом, воцарилась глубокая тишина, какая может быть в узком каменном проходе с пятью замершими людьми. Платон с Лией хотели возразить стражу, но их молодой проводник нашелся первым.
– Об этом я не подумал, – по-юношески испуганно произнес парень и обернулся назад, заняв защитную стойку.
– Да бросьте, ну какие мы шпионы, – раздались голоса мужчины и женщины, смешавшиеся глухим эхом в единый напевный звук.
– И к вам мы не больно хотели, – продолжила уязвленная Лия, не потерявшая своего дерзкого молодого характера. – Нам просто некуда идти, вот и поплелись за вашим юнцом.
– Ладно, – взял слово охранник, подняв выше факел. – Сейчас уже ничего не изменишь. Путь в наше убежище вы уже знаете, а прогонять вас отсюда значит увеличивать шансы того, что о нас узнает полиция. Так что в любом случае вам лучше проследовать дальше. Так мы будем спокойны, что вы никому о нас не расскажете, ведь никакие радиосигналы не пробьются сквозь такой слой земли.
Убедившись в разумности произнесенных слов и их неоспоримой логике, путники приняли это условие и продолжили спускаться дальше, к убежищу, скорее в качестве гостей, нежели пленников. Но, разумеется, с большими ограничениями – теперь они знали тайну, от которой зависело множество жизней, и не могли просто так уйти. Испуганные, они следовали дальше за проводником. Никто не держался за руки, благо света теперь стало в избытке. Каждые несколько метров висели факелы, а проход расширялся. Между тем сидевший на страже дверей охранник достал телеграфный аппарат и отправил сообщение по тянущемуся вдоль стены проводу, чтобы предупредить убежище о гостях.
В том же направлении, куда уходил сигнал, шли мужчина, женщина и их сын. Еще совсем недавно свободные путешественники, а теперь заговорщики. «Как лихо может повернуться жизнь и какие сюрпризы подкинуть», – думала Лия. Тем не менее ее окрыляющему чувству посвящения в тайну недолго пришлось безраздельно властвовать над сознанием. Вскоре она вспомнила об опасности нового приступа и жалобно посмотрела на мужа. Тот все понял, погладил любимую по голове и обнял, продолжая идти вперед. В них обоих пока теплилась надежда найти лечение. Беглецы уповали на имевшиеся в столице древние технологии, один из примеров которых они вскоре увидели.
Спустя сотню метров пути тоннель закончился обычным лестничным пролетом, отличавшимся от любых других пролетов только своей загадочной глубиной. Четверка путников вышла из проема в стене и, уже не боясь споткнуться или удариться, двинулась по ступенькам вниз. Лестница зачем-то была разделена на два метровых прохода, обитых деревом с резиновыми поручнями по краям. Каждые несколько метров стояли выключенные лампы с привязанными к ним факелами. Не понимая, зачем столько места было потрачено под странную конструкцию, беглецы не задавали вопросов, завороженные ожиданием дальнейших сюрпризов. Они спускались по остановившемуся сотни градусов назад эскалатору.