Начальник выкрикнул имена нескольких человек, и уже в следующий миг вокруг столпилась группа мужчин и женщин. Все пришедшие на зов были в очках, а лица их светились умом, как показалось проницательной Лие. Она не вступала в разговор, просто стояла, обхватив руку мужа. Да и сложно было бы вклиниться в воцарившийся галдеж. С удивленными лицами все столпились вокруг книги, как дети, нашедшие фантастический артефакт. Платон и не догадывался, насколько ценным был его любимый роман, добравшийся до Александрии лишь благодаря множеству удачных совпадений. Вспомнив, сколько раз он мог его потерять или вовсе оставить дома, беглец почувствовал, как по его спине прокатились волны мурашек.
– Так все-таки откуда она у вас? – спросил Глухарь.
– Если я правильно помню, отец купил на какой-то барахолке, где книги продавались на вес, и подарил мне в честь первой тысячи километров.
– Невероятно! Я думал, все экземпляры уничтожены правительством, – поражался начальник станции.
– А что в ней особенного? – удивился Платон. – Насколько я понял, там показан мир прошлого в виде своеобразного поезда со всем человечеством в качестве пассажиров. А рулевой у него глупый, необразованный человек, направляющий состав в пропасть. Но, как я теперь знаю, не такое прошлое у нас было, наоборот, очень даже продвинутое, и лишь фатальное стечение обстоятельств разрушило мир.
– А вы разве еще не поняли? – к разговору присоединился Никифор. – Эта книга не о прошлом, она о будущем.
Все долго молчали, обдумывая глубину его мысли, изумленные точностью и лаконичностью высказывания. То была вставшая на место последняя деталь великой мозаики Платона. Это книга не о прошлом, она о будущем! Она не раскрывает загадки древности, зато показывает, к чему мы движемся. Кто мы, откуда, куда мы идем? Теперь все понятно. Спустя три тысячи километров, наполненных приключениями и целой прекрасной жизнью, на которую он променял бы тысячу пресных Фрибургов и миллион градусов без Лии рядом с собой.
– Там описано то, к чему летит мир под предводительством наших лидеров? – задал риторический вопрос Платон.
– Совершенно верно, – улыбнулся Никифор.
Теперь все стало понятно, прозрачно. Все тайны мира, прошлые и будущие, открылись Платону. Он узнал обо всем, кроме болезни Лии, и, если бы не этот досадный факт, смело бы мог называться счастливцем. Но, как бывает в жизни, всегда остаются вещи, портящие идеал. Он отложил свою радость до того момента, когда эта последняя, самая мучительная загадка не будет разгадана. Вместо внутреннего торжества, мысленного празднования своих открытий он вновь обратился к Никифору.
– Но как вы спаслись? Вас же арестовали во Фрибурге, и я думал, что мы вас больше никогда не увидим. Разве что только в тюрьме.
Почти ничего не видящий старик удивился такому личному вопросу от незнакомца, и начальнику станции пришлось склониться к его уху и сообщить о разыскиваемых по всей стране беглецах, возможно, ему знакомых. В ответ на это Никифор улыбнулся, но, очень уставший, не смог ничего ответить. Вместо этого высказался Глухарь:
– Мы уже давно знали господина Никитина, пытались с его помощью открыть ячейку «Детей свободы» в вашем городе, но, как вам известно, его арестовали и отправили в тюрьму для политзаключенных. Путь туда проходит как раз через предместья Александрии. Благодаря сочувствующим нам младшим работникам полиции, которых тоже за людей не считают и принуждают охранять власть своих генералов, мы узнали точную информацию о следовании поезда с осужденными… – Глухарь сделал паузу, пытаясь подобрать нужное слово.
– Это такой автоматизированный состав, доставляющий людей в места отбывания наказания, – помог начальнику один из собравшихся вокруг товарищей.
– Именно так, – продолжил Глухарь. – Мы совершили нападение на поезд, благо никто из опасных полицейских его не сопровождал – они пекутся о своем благополучии и особенно о прожитом расстоянии настолько, что пустили состав в полностью автоматическом режиме на долгие четыре тысячи километров. Грех было не напасть на него. Короче, мы освободили дюжину заключенных и спрятали здесь. В их числе были и стоящие сейчас вокруг нас.
Несколько мужчин и женщин приветливо улыбнулись. У них были счастливые лица, какие бывают только у по-настоящему свободных людей. На них остался неизгладимый отпечаток унесенного поездом расстояния, но теплилась радость за сохраненный остаток жизни.
– Можно взять эту книгу в нашу библиотеку спасенных изданий? – спросил начальник станции. – Мы сделаем копии и убережем роман от исчезновения. Просите за это все что угодно.
Платон слегка замялся, но потом, убедившись, что внимание Лии переключилось на вопросы одной из женщин, приблизился к Глухарю и шепнул что-то на ухо. Старик удивленно поднял бровь, потом прищурил глаза и, улыбнувшись, кивнул головой.
– Это не проблема, – шепнул он Платону в ответ. – Сейчас же отправлю запрос в библиотеку, чтобы вам выдали «Моби Рика». Этого художественного добра у нас много. Обмен, конечно, неравноценный, поэтому, если надумаете, просите что-то еще.