На экранах телевизоров мелькали фотографии президента в образе мудрого старца. Опустошенным стеклянным взором он смотрел в глаза граждан страны и неожиданно для всех собравшихся в небоскребе повстанцев. Легкая, неосязаемая улыбка пыталась пробиться сквозь подтяжку лица. Для своего трехсоткругового возраста этот седой человек сохранился просто отлично.
– Подняв страну из руин, наш лидер смог остановить вторжение Шестого рейха с темной стороны Земли. Только его непосильный личный вклад в разработку супероружия позволил нам отстоять независимость и удержать контроль над нашими богатствами…
– Ага, богатствами, которые невозможно получить без талона… – перебил диктора один из медиков, но Платон грозно покачал головой, имея в виду, что нечего шутить в такой обстановке – Лие с каждым шагом становилось все хуже.
Они подошли вплотную ко входу в медицинские лаборатории, и автоматчик нырнул внутрь обследовать комнаты на предмет наличия предполагаемого противника. Самые нервные мгновения ожидания Лии с наполняющей голову болью разбавлялись тараторящим диктором из последнего оставшегося на этаже целого телеэкрана.
– В такой сложный, переломный момент нашей борьбы с врагом внешним и внутренним хочется напомнить, что помимо чудо-оружия президент Селин разработал и структурировал таблицу химических элементов, носящую теперь его имя…
Павел устал слушать давящий на мозг голос и аккуратным движением руки отключил телевизор, чтобы побыть в тишине. Он слишком сильно запутался. Попал в сети – ошметки порвавшихся в этом шторме парусов своей веры, не рассчитанных на соприкосновение с правдой. Его закошмаренным мыслям требовался покой, и он его получил. В наступившей на миг тишине он понял, что хотел вовсе не тишины, а чего-то другого.
Автоматчик вернулся к двери и сообщил, что внутри чисто, а несколько гражданских врачей, не успевших покинуть этаж, теперь привязаны к своим рабочим столам. Безликий верзила впервые с начала штурма расслабился, сел на пол и достал рацию, чтобы связаться с улицей. В этот момент Лия с Платоном уже вошли в помещение, а два доктора «Детей свободы» бросились расспрашивать связанных коллег, где находится ближайший аппарат МРТ.
Оказавшийся не у дел Павел хмуро брел позади, безучастно оглядывая белоснежный медицинский центр. Потолки тут были уже пониже, всего три метра высотой. Обусловлено это было всяческим дорогим оборудованием и резервными источниками питания. Никогда прежде он не видел столько техники, будто взятой с космического корабля инопланетных создателей. Еще совсем недавно от такой картинки у него забилось бы сердце, но теперь бывший священник просто сел на ближайший вращающийся стул возле придвинутого к стене стола и стал крутиться на нем, отталкиваясь поочередно то левой, то правой ногой. Это немного успокаивало нервы и отвлекало от опасной и тягостной обстановки посреди бушующей бойни. Наблюдая, как ноги Лии подкашиваются и Платон берет ее на руки, чтобы быстрее донести до вожделенного устройства, Павел издалека машинально начал обводить их овальным знамением, но остановил движение на полпути и просто махнул рукой. Он, еле шевеля губами, пожелал им удачи и, чтобы хоть как-то совладать с трясущимися руками, принялся перебирать лежавшие на столе книги.
Благодаря толстым стенам в медицинском блоке стояла глухая тишина, и даже обстрел здания не так сильно чувствовался в уникальном отсеке лабораторий. Пол, конечно, потрясывало, но ничего с полок не падало, а сердце не пряталось в пятки. Единственными по-настоящему громкими звуками были разговоры врачей, Платона и Лии. Проделав путь в три с лишним тысячи километров, последние двое наконец-то смогут узнать, что творится в голове в момент приступа… Если, конечно, смерть их не опередит.
Наплевав на свои внутренние противоречия, Павел все-таки провел овальным знамением в направлении друзей. Пока в двадцати белоснежных метрах от него происходили драматические события, бывший священник попытался отвлечься, чем-то занять мысли. Он взял несколько лежащих на столе книг и начал их разглядывать. На каждом издании, что было в собственности личных президентских врачей, виднелась красная печать «Секретно. Для служебного пользования». Внутри все страницы полнились изображениями человеческих скелетов, описаниями различных болезней и методов их лечения. В одной из книг Павел заметил длинный список молекулярных соединений и большую, на весь разворот таблицу химических элементов Менделеева. Такую же, как только что показывали в телевизоре, где ее называли изобретением Селина.
Он злобно захлопнул книгу и бросил в дальний конец стола. По инерции снова продолжил рыться в ящиках и нашел в самом последнем электробритву одного из местных врачей. Покуда волосы растут от пройденных расстояний, такой предмет приходится всегда кстати. Павел принялся сбривать свою густую священническую бороду с самым большим наслаждением, которое когда-либо испытывал. Он чувствовал, как избавляется от последних оков опутавшей его лжи.