– Лий, собирайся, – сказал Платон твердо, тем серьезным и убедительным голосом, какой хотят слышать женщины от своих мужчин.
Наученная горьким опытом сиротского детства и побега из полиции девушка сразу вскочила с дивана, избавилась от стесняющего движения полотенца на голове и оглядела комнату в поисках всего необходимого. На полу возле дивана лежал рюкзак парня и, чтобы не терять драгоценные мгновения, она надела его на себя. Выскочив на галерею, Лия сразу уперлась в Платона и, чтобы не столкнуться с ним, прильнула к его спине, как к спасительной стене. На другом конце длинного коридора уже стояла хозяйка и улыбалась. Ее тихий голос не позволял услышать слова, и молодые люди медленно подошли ближе, миновав несколько раскуроченных мотельных дверей.
– Ну как, детки, понравился номер? – спросила старуха, но, не дожидаясь ответа, продолжила: – Давненько у нас гостей не было. А те, что приезжали, надолго не задерживались. Но ничего, мы исправили свои ошибки. Хорошо же вам тут?
– Даже не знаю, – сказал парень, будто отвечая самому себе на вопрос, что же следует говорить в такой ситуации.
– Спасибо за гостеприимство, – попробовала отвертеться Лия, – но у нас очень важные дела. Прям сильно опаздываем.
Они прошли почти всю галерею и остановились в нескольких шагах от хозяйки, перекрывающей спуск на лестницу.
– А ты, милок, очень похож на моего сынулю, – с ностальгией сказала она Платону. – Прям то же лицо, волосы, глаза. Один в один. Наверное… Память у меня уж не та, что раньше.
– Извините, но можно мы уже поедем по делам? – перебила ее Лия.
– И даже не послушаете, что случилось с моим Славиком?
– Конечно, послушаем, прошу вас, расскажите нам, – одернул подругу Платон и из своей природной вежливости пошел на поводу у старухи.
– Ну тогда слушайте, – проговорила она морщинистым, дряхлым ртом и облокотилась о поручень, продолжая перекрывать лестницу. – Слава родился прямо в момент Великого разлома, был красивым, умным, добрым, но они забрали его. Сказали, что он нужен науке…
– Погодите, вы имеете в виду тот катаклизм, что случился триста кругов назад?
– Да. Солнце неумолимо летит в пространстве, стирая воспоминания о случившейся катастрофе. Ее я и имею в виду.
– Значит вы жили до краха цивилизации и помните наш старый мир?
– Ну, в моем возрасте «помнить» – это слишком громкое слово. В моей голове уже все смешалось, я не помню даже, как выглядит мой муженек Саша. Но я жила до того, что ты сейчас назвал «крахом», и может быть, что-то вспомнить смогу.
– А вы слышали что-нибудь про смертельные головные боли, единственное спасение от которых – это проехать метров пятьсот? – с надеждой спросила Лия, выйдя из-за спины парня.
– Кто его знает… – задумалась бабка. – Нет, наверное, нет.
– Ну а книги древние у вас есть? По медицине, например, – поддержал подругу Платон.
– Книги… Я топила ими печь, наверное, уже никаких не осталось, – сказала она, разбив надежды молодых путешественников узнать о Великом разломе. – Так вы будете слушать, что стало с сыночком?
– Конечно, прошу вас, продолжайте, – смущенно сказал парень.
Лия вздохнула и демонстративно вскинула голову, упершись руками в перила. Она смотрела вдаль и не понимала, как мог переместиться в пространстве ржавый каркас старого трактора. Вкупе с неустановленным местоположением мужа этой странной старухи данные факты внушали страх. Лия старалась следить за обстановкой вокруг и оставаться настороже, но все равно чувствовала приближающуюся опасность.
– Так вот, Славик, сыночек, – продолжила старуха с трясущимся ртом. – Вылитый ты, такой же красивый и молодой. Отобрали у меня почти сразу после рождения… Или нет, после школы. Вроде помню школу… Или это была моя школа? О, горе мне, с каждым разом я помню все меньше.
– Ну не расстраивайтесь, – постарался поддержать ее Платон и подошел на расстояние вытянутой руки, попытавшись погладить ее по плечу. – Мы как раз едем в столицу, можем навести справки о вашем сыне. Он ведь, может быть, еще жив. Тогда мы отправим вам весточку. Или он сам сможет приехать…
– Ну нет! – вскрикнула женщина с хрипотой. – Куда там! Поедет он за три тысячи километров… На этот раз вы меня не обманете! Сколько раз мне это уже говорили и сбегали! Пропадали бесследно. Нет уж, больше я вас не отпущу. Ты будешь моим Славиком.
Старуха смотрела на парня, а потом перевела взгляд на прятавшуюся за его спиной Лию и добавила:
– А ты будешь его сестричкой.
После чего несчастная женщина достала из-под своего бежевого фартука огромный кухонный нож. Вид оружия сразу же подействовал устрашающе на отпрянувших молодых людей. Но в следующий миг они посчитали старуху слишком слабой для причинения какого-либо вреда, успокоились и уняли свой страх.
– Возвращайтесь в номер, я всем вас обеспечу, – сообщила она о прянике после показанного кнута. – Блинов еще нажарю, воду сменю, телевизор включу. А Саша высадит цветы на лужайке у дома. Правда ведь, Саш?