Что касается той истории с хозяйкой мотеля, Платон сильно обиделся из-за моей симуляции приступа, в чем я вынуждена была сознаться. Но я не могла поступить иначе – он слишком вежливый и культурный парень и не бросил бы старую бесполезную женщину просто так, даже несмотря на то, что помощи от нее получить мы никак не могли, ведь память о событиях древнего катаклизма распалась в труху вместе с ее здравым смыслом. Да, в тот момент она желала нам добра – поселить в номере со всеми удобствами и все такое, но что сможет сделать Платон, если мой приступ застанет нас запертыми в такой золотой клетке, как обреченных на смерть хомячков – единственных питомцев потерявшей сына женщины? Я долго пыталась ему это объяснить, и очевидно, что в глубине души он согласился, но столь сильное и качественное воспитание заставляло его на меня дуться, просто для галочки. Ну ничего, я все равно ему благодарна. Что же касается наших отношений, я прекрасно понимаю, в какую ситуацию попал Платон, вынужденный разделить мою судьбу и как красноречиво это говорит о его чувствах. Мне же этот парень нравится. Да, он мне нравится, ведь мы уже столько преодолели вместе. Он в меру красивый, в меру решительный, а главное верный. Изначально не будучи моим типажом, теперь он нравится мне все больше. За столь короткий срок преодолел путь от безразличного мне соседа-ботана до привлекательного в моих глазах мужчины. Посмотрим, что будет дальше. Чем больше в моей голове мыслей, тем меньше свободных страниц в блокноте. Вот уже раздел для первого техосмотра подошел к концу, но, к счастью, их предусмотрено очень много. Как же хорошо, что фирма «Норд» дает бесплатную расширенную гарантию!
Я пишу в те моменты, когда мы едем по пустой дороге, вдоволь наговорившись, наслушавшись музыки, ненадолго уходим в себя. Вот я сижу за своим градусником, пишу заметки и держу свободной рукой страницы, чтобы ветер не смог их перелистнуть. Волосы же мои бушуют, как подростки на дискотеке, устраивая яркое представление позади головы. Как же тяжело их расчесывать. Но ничего не поделаешь, во-первых, так очень тепло и радостно ехать, наполняясь единением с открытой перед тобою природой, а во-вторых электропривод крыши сломался, и мы просто не в состоянии ее закрыть. Платон сказал, что может насильно ее поднять, но открыть в следующий раз будет уже сложнее, если вообще получится. Так что, не кривя душой, мы решили оставить все как есть. Но не буду тратить драгоценное место в блокноте и напишу о вещах поважнее.
Примерно двухсотый километр нашей дороги. Недавно мы выехали из мотеля, поругались насчет моего ложного приступа и вновь помирились. Доели все прихваченные мною блины и вновь умирали от голода. Я знаю, что для такого длинного пути в три тысячи километров нам следовало запастись тоннами непортящейся еды, но, с одной стороны, не было денег, а с другой – бегство от полицейских не предусматривало возможности сесть и не спеша составить план дальней поездки. Она просто взяла и началась, без подготовки и мучительного ожидания, началась как самые прекрасные в жизни вещи, неожиданные и захватывающие. Ведь только то, к чему не был готов заранее, приносит самые искренние эмоции.