Дорога к центру этой маленькой, на одну улицу деревни закончилась круглой площадкой с парой лавок, на которых неподвижно сидело несколько человек. Возможно, то были старейшины, именно так мы их прозвали. По другую сторону от лавок, на небольшом пригорке стояло, словно венчая поселок, высокое здание, еще более белоснежное, чем жилые дома, но всего на один, очень высокий этаж. Редкие окна в нем были очень узкими, вытянутыми на несколько метров вверх.
– Похоже на нашу городскую библиотеку, помнишь? – спросил Платон. – После Великого разлома осталось много однотипных зданий. Этот тип определенно похож на библиотеку.
– Думаешь, мы попали в общество, построившее свою жизнь вокруг художественной и научной литературы? – задала риторический вопрос я и сразу же вдохновилась. – Представь, какими начитанными и образованными должны быть эти люди!
– Если так, значит нам ничего не угрожает, – ответил Платон и, немного подумав, добавил: – Не терпится почерпнуть их мудрость и знания.
Клубы редкой для этих мест пыли, поднятой нашим автомобилем, улеглись, и старосты встали со своих лавок. Чем дольше они разглядывали наш красный, блестящий на солнце кабриолет и самих нас, тем более изумленным становился их вид. Наконец они что-то бессвязно пробурчали друг другу и, шагнув нам навстречу, все, как один, высунули языки.
Это было удивительно. Они, как завороженные, просто показывали нам не самую культурную часть тела.
– Не похоже на интеллектуальное, воспитанное на книгах сообщество, – промолвил Платон.
– Сама вижу, – со злостью из-за этой ситуации рявкнула я.
Моя беременность к тому моменту уже достигла семидесяти километров, значительно увеличив живот. Я только и мечтала, чтобы нашелся кто-то способный принять роды и не дать нам с ребенком при этом умереть. Но загоревшийся при виде здания библиотеки огонек надежды на качественную помощь погас с такой же быстротой, как и появился.
А местные жители так и стояли перед нами с высунутыми языками, пытаясь дотянуться ими до подбородков. Пять пожилых долговязых мужчин с длинными серыми бородами были одеты в короткие коричневые штаны, порванные на заканчивающихся чуть выше щиколоток манжетах, обнажающих тощие ноги в сандалиях. Штаны эти, чтобы не падали с пояса, держались на подтяжках поверх старых фермерских рубах в клетку. На голове каждого старика красовалась широкополая соломенная шляпа, скрывающая досточтимую седину. Они так и стояли, ожидая ответной реакции от незваных гостей.
– Наверное, это что-то типа приветствия, – предположила я и недолго думая для проверки теории высунула язык.
Неловкость, которую я при этом испытала, не позволила мне долго корчить рожу пожилым людям, и я сразу же закрыла рот. В ответ на мою гримасу вместо ожидаемого в привычном обществе замешательства я увидела на их лицах улыбки и одобрение. Не до конца понимая, что происходит, я снова высунула язык и толкнула Платона локтем, чтобы он повторил за нами этот незамысловатый приветственный ритуал. У него вышло смешно, я впервые увидела его язык во весь, что называется, рост. Надеялась, что на моем улыбающемся лице никто не заметит высмеивания всей нелепости такой ситуации. Но никто не заметил, и мы решили выйти из машины, чтобы поговорить с первыми за многие километры людьми.
Я прикрыла руками торчавший на всю деревню пупок из-за отлетевшей пуговицы не предназначенного для поздней беременности платья. Еще в нескольких местах на боках и сзади оно пошло по швам, но кое-как держало цельную форму.
– Здравствуйте, – сказал Платон, пока я пыталась привести себя в порядок, впервые выйдя с таким животом из машины.
– И вам здоровья, да благословит вас святой Альберт, – ответил один из стариков, видимо, главный. – В Хезенбурге наконец-то решили ответить на наши просьбы?
– Какие еще… – начал Платон, но быстро остановился, и мне даже не пришлось щипать его за руку.
Вместо этого я шепнула ему на ухо:
– Подыгрывай.
Ведь, судя по вопросу старосты, получалось, что они ждали какую-то посылку из города.
– Так точно, – сказал он уже более уверенным тоном. – Мы как раз оттуда. Вот даже на пайках с выданной нам едой стоит свежая отметка.
Не знаю, зачем он приплел сюда пайки, наверно, на случай проверки нашей родившейся буквально из ниоткуда легенды, но, к счастью, нам быстро поверили. Похоже, главный староста не смог представить, что кто-то чужой сможет найти их запрятанный в глуши хутор.
– Не запутались ли в наших указаниях? – спросил он. – Быстро нас нашли?
– Да, все было в точности как в инструкции, – ответила я. – Очень удобно расписано. Мы с первого раза поняли, куда ехать.
– Ну слава святому Альберту, – ответил старик под одобрительные кивки соплеменников. – На все его воля.