— Да это вроде я у вас должен спросить, Никита Павлович, — улыбаясь, ответил я. — Я как бы пригласил вас сюда. Я и должен угощать.
Киструсс удивленно поднял брови.
— Вот как?
— Разве нет?
Устинов молчал, благоразумно не вмешиваясь в разговор.
Генерал первым заказал котлету по-киевски с картофельным пюре, греческий салат, кофе и 50 грамм коньяку. Устинов повторил его заказ один-в-один.
Я же заказал салат из овощей (огурцы, помидоры, репчатый лук, сметана), бифстроганов с картофельным пюре, кофе и мороженое, благоразумно отказавшись от идеи выпить рюмочку коньяку.
Однако, когда, спустя несколько минут, принесли коньяк, я заказал бутылку минеральной воды. Хотя бы для того, чтобы символически поддержать тост.
Киструсс и Устинов подождали, пока мне принесли «боржоми». Мы подняли «бокалы»:
— За знакомство!
— За знакомство!
Затем принесли салаты. Не успели мы с ними расправиться, как принесли и вторые блюда.
— Выгодно с генералом ходить в кафе, — заметил я. — Заказы выполняются быстро, без задержек.
— И кафе пустое, — заметил Киструсс. — Никто не мешает.
— Еще коньяку? — предложил я.
— Пожалуй, — согласился генерал. Официант тут же принес еще две рюмочки.
— За понимание! — предложил генерал. Я отсалютовал им бокалом минералки.
После второго нам принесли кофе. Генерал изящно промокнул губы салфеткой и задал первый вопрос:
— Антон Николаевич, а вы вообще кто?
Я почему-то не удивился этому вопросу, помолчал с полминуты, соображая, как бы ответить правильно, ответил:
— Вообще считаю себя человеком с определенными паранормальными способностями. Ближе, так сказать, к категории колдунов.
Потом я усмехнулся, даже хихикнул и добавил:
— Интересный вопрос, Никита Павлович! Конечно, же человек! Не нечисть какая-нибудь, и уж тем более не нежить!
— А что, вы сталкивались и с нежитью и нечистью? — недоверчиво засмеялся Киструсс. — Впрочем, да… Если уж вам довелось с душу нашего оперработника допросить…
Я кивнул.
— И с нечистью тоже доводилось сталкиваться? — спросил Киструсс. — А с кем, если не секрет?
— С домовыми, банниками, лешим, лесным хозяином, — не стал скрывать я, только про колдуна и оборотня решил умолчать. — С ведьмами довелось пообщаться… А так их много, очень много. Есть и кикиморы, и водяные, русалки. Это вообще твари еще те.
— Интересно бы с ними познакомиться, — хмыкнул Киструсс. — Даже как-то и не верится…
— Вряд ли они с вами захотят знакомиться, — ответил я. — Эта категория от людей старается держаться подальше. Увы, предупреждая ваше возможное желание, скажу сразу — приказать им практически невозможно. Народец крайне своенравный и капризный.
Устинов в нашу беседу не вмешивался. И вообще к нам перестал подходить официант. Посетителей в кафе, кроме нас, тоже не наблюдалось. Видимо, товарищ генерал закрыл общепит «на спецобслуживание». Попивая кофе, генерал подбрасывал мне всякие, с первого взгляда вроде как нейтральные вопросики, насчет учебы, семьи, выбора профессии и чем я планирую заниматься дальше. Я отвечал иногда уклончиво, иногда врал напропалую, а иногда и вполне правдиво. В частности, я заявил, что не планирую никуда уезжать из области, бросать maman и прочее. Даже если меня попытаются заставить это сделать. Киструсс кивнул, мол, принял к сведению.
— Владлен Амельченко — ваша работа? — вроде как между делом спросил Киструсс.
— Нет, — я улыбнулся. — Не буду врать, но не моя.
Действительно, ведь я ж его не убивал. Даже не планировал. Ответ мой чекистов устроил. Насчет «другого», молодого, Димочку Амельченко он не спросил.
Наконец Киструсс задал вопрос, который, собственно, я ожидал.
— А что вы можете как экстрасенс, Антон Николаевич? Про возможность контактировать с душами я знаю, про ваши лечебные способности тоже. А еще?
Я задумался. На эту тему мне рассуждать совсем не хотелось. Тем более раскрываться перед чекистами. Пока у меня с ними дружба и взаимопонимание. Пока. И то — это я так считаю. А у них вполне может быть другая цель.
— Я не экстрасенс, Никита Павлович, — ответил я. — Я скорее начинающий колдун.
Я умышленно не стал позиционировать себя, как мага, более того, единственного мага на земле.
— А насчет умений… — я сделал вид, что задумался. — Кое-что могу. Но ведь их развивать надо, эти умения. Умею немного лечить. Да и то не от всех болезней. Кроме того, уж очень много своей жизненной силы на это тратится. Очень и очень долго приходится восстанавливаться. Несколько раз доходило до того, что, казалось, сам сейчас отдам концы. В частности…
Я кивнул на Устинова.
— Вот, например, как в случае с ним. Пришлось отлеживаться на КПП госпиталя.
Лишним этот камешек в их огород не будет. Устинов смутился. Надо же!
— Есть возможность установить защиту от воздействия на разум, — сказал я. — То есть, ваш разум становится не подвержен всяким воздействиям: от психологических до магических. В частности, гипноз, сглаз, порча и прочее.
Я засмеялся.
— Если рядом с вами находится человек с сильной харизмой, под его влияние вы точно не попадёте.
— Интересно, — бесстрастно заметил Киструсс. — А еще?
