– Не, Маш. Спасибо тебе, но наглеть не буду. Пойду дальше.
– А то смотри, осталась бы, переночевала…
Прощаемся, вешаю трубку.
Иду мимо пасущихся табунов лошадей и несметного количества коров. Сюда бы хороший фотоаппарат и зависнуть на несколько дней, – наглядеться невозможно.
Ловлю машину, она останавливается – в салоне трое парней, вроде адекватные.
– Мы только до Октябрьского, – говорит водитель.
Это недалеко, но лучше, чем пешком. Забираюсь внутрь. Ребята едут по делам. Рассказываю, что путешествую по Алтаю.
– Сколько буду вам должна? – спрашиваю у водителя между делом, ибо уже и так понятно, что в этой части Алтая автостопа, как понятия, не существует.
Он смотрит на меня мельком и отвечает:
– А сколько дадите.
– У меня денег негусто…
– Сочтёмся…
Проезжаем мимо Тихонькой с её испорченным йогуртом и мимо Верхнего Уймона с его прекрасным музеем Рериха. Антон был прав, когда говорил, что общее впечатление от места складывается из мелочей. «Вот предположим, если бы в Усть-Кане та женщина не посоветовала эту хорошую столовую, а грубо послала бы… Какое впечатление у тебя осталось бы от Усть-Кана?» – вопрошал тогда он, фоткая чек.
– Мы потом в Усть-Коксу едем, – говорит водитель. – Но это будет где-то через час, не раньше – вы скорее ещё кого-то поймаете.
– Хорошо, – киваю головой, соглашаясь.
За посёлком Октябрьский меня высаживают, водитель достаёт мой рюкзак из багажника, отдаю ему деньги.
Дальше иду пешком. Впереди полная неопределённость, как обычно. Машин здесь уже больше, дорога местами покрыта асфальтом. Трассу видно издалека, но голосовать почему-то не хочется: устала и морально, и физически.
Медленно иду по направлению к Усть-Коксе и наблюдаю, как два пастуха, верхом на лошадях, гонят отару овец через дорогу, – овцы сплошной меховой волной перетекают на другую сторону, пастухи держат их кучно, бойко скачут – один справа, второй слева от отары. Потом мимо меня проезжают машины, поднимая тучи пыли от белого известняка, покрывающего дорогу в местах, голых от асфальта. По мере приближения к селу, таких участков становится всё больше. Я уже вижу крайние дома Усть-Коксы на горизонте, но силы на исходе.
Торможу машину.
Внутри сидят трое мужчин, и они как раз едут в Усть-Коксу: все крепкого телосложения, приветливые и открытые.
– Подвезёте? Тут идти-то… километра три, – принижаю я расстояние до посёлка.
– Ну предположим не три… – поправляет меня водитель, усмехаясь глазами.
Но соглашается. Весёлый, но пьяный товарищ сзади двигается, и я залезаю внутрь вместе с рюкзаком и полюбившейся мне палкой.
Мы едем, и я понимаю, что да, таки, не три километра.
Мужики возмущённо обсуждают какого-то предпринимателя, который продаёт неисправные аккумуляторы.
– Купил у него новый. А он нерабочий! Прихожу обратно, говорю: «Чё за дела?», а он отпирается, мол, ты сам его сломал. Как сам-то? Если я уже четвёртый такой?
– А ты что?
– Ну что-что… Через знакомого одного пришлось улаживать.
Водитель, помолчав минуту, добавляет:
– Я пару месяцев назад тоже у него покупал. Тоже нерабочий.
– И чо?
– Да ничо. Так вошёл возвращать, что дверь вынес, когда входил. Он мне сразу деньги назад вернул, без слов…
Суровые алтайские мужики… Не забалуешь…
Потом переключаются на меня. Я рассказываю, что хочу найти яков, и для этого возвращаюсь на Чуйский тракт, чтобы с него попасть в Джазатор.
– Сарлыки? А зачем так далеко-то? Тут неподалёку сарлычники их тоже пасут, – вдруг неожиданно говорит водитель.
– Где? ГДЕ? – кричу я в полный голос, подскакивая на месте и суетливо доставая карту…
Мне называют место… Нахожу на карте…
О, Боже! Это же совсем рядом! Неужели я увижу своего яка уже так скоро? Может быть даже сегодня или завтра! Волнительность накрывает меня с головой, безуспешно пытаюсь сложить карту, развёрнутую на полсалона, обратно. Получается скомканно и грубо, в итоге как попало заворачиваю её в пакет.
– Где Вас высадить лучше? – спрашивает меня весёлый водитель.
– Мне бы у почты, – прошу его.
– О, почта как раз там, куда мы едем, – радует он меня.
Жизнь прекрасна! О, Боже! Как же она прекрасна-то!
Возле почты меня высаживают. Благодарю. Прощаемся.
На почте я хочу отправить открытки всем, кому обещала. Сижу над ними, наклеив марки и занеся ручку, и не знаю, как передать то, что чувствую. Пишу «Привет от сурового российского автостопа и прекрасного Алтая». Как-то так… Кидаю в большой почтовый синий ящик.
Иду на выезд из Усть-Коксы. Как меня учил Антон – на выезде ловить машины лучше всего. Ещё бы место хорошее найти, но его там нет. Обочина маленькая, машины едут быстро. Уже послеобеденное время, и опять надо спешить, ибо скоро встанет вопрос с ночёвкой, а ночи становятся всё холоднее и непредсказуемее.
Примерно тридцатая машина останавливается. Водителя зовут Олег, среднего телосложения, темноволосый и спокойный. Он здесь едет в первый раз, по делам, в Усть-Кан и без навигатора. Достаю автомобильный атлас. Мы проезжаем населённые пункты, а я, как штурман, подтверждаю, что едем правильно, и при этом мы умудряемся весело болтать.
