— Нет, не был. Но много слышал о них. Такие битвы идут по несколько дней, к сторонам подходят подкрепления, и сражение идёт и днём, и ночью. Моя же самая большая битва была всего в шесть тысяч человек с обеих сторон, когда сразу пятеро баронов вели войну друг против друга, — вздохнул он.
— И что ты там делал? Ну, кроме очевидного ответа, — спросил я.
— Деньги зарабатывал, — пожал он плечами. — У нас тогда не было такой репутации, как сейчас, так что с деньгами было туго. У нас тогда и лагеря-то не было.
— Сколько ты уже сражаешься? — с интересом задал я вопрос.
— В каком смысле? — подивился он.
— Ну, как долго ты ведёшь людей? В бою ты чётко знал, что тебе делать и какие приказы отдавать своим людям, когда тот же Рик, уже побелевший до седины, — заметил я, — был без понятия, что предпринять.
— Рик опытен по-своему. Его рота добилась определённой славы, и они давно уже сражаются в рядах опытных воинов. Ему наплевать на всех, кроме своего отряда, он привык стоять за щитами тяжёлой пехоты, а не за трусами, вставшими на колени перед врагом, — его лицо скривилось от презрения.
— И, всё-таки ты, не задумываясь, полетел спасать их, — с уважением в голосе напомнил ему.
— Смерти их мне ни к чему, тем более, это был единственный вариант расстреливать противника дальше, — судя по голосу, ему и вправду не было жаль погибших. — Рик должен был хотя бы часть людей отвести в сторону, чтобы они смогли стрелять с фланга, с такого расстояния они легко могли попадать врагу в голову.
— Кстати, тебе не показалось, что у Арчибальда будет намного больше солдат, чем нам казалось? — вот какой вопрос действительно меня интересовал.
— С чего ты взял? — удивился он.
— Сам подумай — четыре сотни мы сейчас убили, и это была пехота, — пересказывал ему я свои недавние рассуждения, — ещё пять сотен мечей он нанял, если верить слухам в Бальдхольме, а его основная гвардия является тяжёлой пехотой во всех смыслах этого слова. Это уже больше тысячи солдат, если не все полторы. Где лучники и конница? Ни одного барона не знаю без пары сотен конницы.
— В твоих догадках есть зерно правды, — задумчиво потёр он подбородок. — Об этом я как-то не подумал. И вправду получается, что у него больше двух тысяч человек, и то, это исходя из той информации, что мы имеем. Их может быть гораздо больше.
— Насколько я знаю, Арчи хочет мести, кого там убили наши по заказу? — поинтересовался я.
— По-моему, они убили его сына, — он хмурил лоб, пытаясь вспомнить подробности. — На его свадьбе с дочерью одного из влиятельных баронов.
— Так мы что же, воюем сразу с двумя баронами? — ужаснулся я.
— Да нет, вроде как та сторона сказала, что это проблема Арчи, и пока он не отомстит за своего сына, никто не будет с ним разговаривать. Но я не знаю подробностей, так что, могу и ошибаться, — он снова нахмурился, казалось, что он был зол сам на себя.
— В таком случае, ему больше нечего терять, и он сейчас все свои деньги может потратить на войско, дабы осуществить эту самую месть! — ох не нравились мне мои догадки.
— В этом ты прав… — опять зачесал он свой подбородок. — Об этом никто и не подумал. А среди нас есть те, кто как раз выполнял заказ. Пойду-ка я поподробнее с ними поговорю.
Отто ушёл, а я погрузился в дальнейшие рассуждения по этому поводу. «Надо было дома сидеть!» — вот и все мои рассуждения. Пьянствовал бы сейчас с Обероном, ел вкусную еду, бегал с волками наперегонки, упал бы пьяный в озеро, ан-нет, надо было пойти геройствовать. Убивать ничего не сделавших мне плохого незнакомых людей ради ничего не сделавших мне хорошего незнакомых людей. Двенадцать золотых! У меня было бы двенадцать золотых! Да я в жизни не видел столько золота в своих руках, а тут профукал почти всё за один день! Может быть, получится уговорить Отто повернуть назад?
Последнего я, конечно же, делать не стал. Ещё сочтут за труса. Я сюда попёрся как раз для противоположной цели. После разговора с выполнявшими заказ людьми, Отто вернулся в каком-то подавленном настроении. Я спросил, в чем дело, но он лишь ответил, что всё нормально и чтоб я не засорял голову ненужными мыслями. Догадался, что ли, о чём я тут думаю? В любом случае мы продолжили путь.
Несколько дней мы шли на восток, по дороге не было никаких происшествий. Но, на очередное утро, вернулись все разведчики, кроме тех, кого мы отправили на север. Решили, что они могли задержаться, так как на севере был густой лес. Здесь рядом уже особо не было жилых поселений, ещё при развале империи бароны сожгли все прилежащие к их землям деревни.
Мы остановились на ночь в большой низменности, чтобы наш лагерь не было видно издалека. Расставленные дозорные на возвышенностях предупредили бы нас о противнике, если бы вдруг этого не сделали разведчики. Мы подождали целый час, но они так и не вернулись. Было решено послать несколько человек выдвинуться по их следу, но не дальше, чем полчаса ходьбы. За всё время нашего пути сегодня во второй раз была моя очередь. Ну, да ладно, всяко лучше, чем сиднем в лагере сидеть.
