— Хорошо, — продолжил он, усевшись по-удобнее, — но от слов своих не отказываюсь. Там действительно история была тёмная, и слухов вокруг неё у нас гуляло много, но недолго — пресекли их распространение достаточно быстро, так что правдивость рассказа будет только на уровне тех бумаг, которые мне в одном тайнике попались. На ТочПриборМаше, если что, пока его ещё излучением не накрыло. Короче, являлось это заведение не столько детсадом, сколько детским домом на выезде, только собирали туда очень непростых сироток от очень непростых родителей. То, что с различными приборами, излучениями и нехорошими химическими веществами тут баловалась каждая вторая лаборатория, для вас секретом являться не может — байки на эту тему гуляют у каждого сталкерского костра. Вполне понятно, что испытывались эти все дела не только на мышках и свинках, но и на людях, а если конкретнее, то на смертниках, которым предлагали альтернативой пуле в лоб участие в экспериментах. Выживали немногие, но и выживших, понятное дело, тоже отпускать не торопились. Кого-то списывали прямо по окончании экспериментов, кого-то — спустя некоторое время, после отчётов перед вышестоящими из Москвы. Но безопасность проводимых экспериментов безопасностью, однако порой доставалось и научному персоналу — то герметизация скафандра или экспериментального блока нарушится, то «объект» очень шустрым и агрессивным окажется, а то и ещё чего похлеще. Среди персонала, как вы понимаете, были не только сотрудники, но и сотрудницы. А сотрудницы порой бывали и на сносях в разной степени готовности. И вот детишки у таких сотрудниц иногда рождались весьма своеобразные. Нет, ясное дело, что и выкидышей случалось, но вот которых нормально донашивали и которые потом были жизнеспособны, нормальными язык назвать не поворачивался. Не из-за внешности, она-то у них в основном без отклонений была, а из-за способностей. И вот дальше начинаются слухи. Рождались детки порой с таким взглядом, который своей тяжестью впечатывал в стену взрослых и умудрённых жизнью вояк, причём в нескольких случаях впечатывал буквально. Родителям тоже доставалось. Телекинетики присутствовали также, вундеркинды разные и прочая, прочая. И что-то с ними со всеми надо было делать, поскольку со своими нормальными, скажем так, сверстниками, уживаться им ну никак не получалось, вполне понятно почему. Часть из них ещё и сиротами была, поскольку от кого-то из них родители отказались, у кого-то от такого «счастья» наложили на себя руки, а кое-кто и сам загонял своих предков на тот свет, по малолетнему недомыслию, так сказать.
В детских домах и больницах от них уже тоже к тому моменту выли волком, тут-то и пришла какой-то шибко одарённой голове идея о создании такого вот детского сада, обозвав всё это «проект Воспитанник». Кстати, вы не поверите, но к нему ведёт железнодорожная ветка, причём упрятана она под землю и выходит на поверхность где-то километром севернее. Построили её специально для доставки тех молодых дарований, поскольку обычным транспортом их возить было небезопасно — машины несколько раз улетали под откос, а вот на железнодорожный вагон силёнок у них уже не хватало. Эти два этажа и детские площадки являются вроде как камуфляжем и жилыми комнатами для научников, а сами воспитанники жили тремя этажами ниже. Под землёй, само собой. Жили с комфортом, если что, поскольку отчёт о своих поступках и вероятных последствиях к моменту перевода уже отдавали, но осторожность, как гласит народная мудрость, превыше всего. Параллельно с этим проектом был создан проект «Ясли», хотя уже сама эта идея отдаёт какой-то извращённой чудовищностью. То есть, вроде как, и для блага с заботой о несчастных детях, но как представишь. Дайте чаю. Матрас достал термос, а остальные — кружки.
