Моему начальнику тогда и довелось караулить выход из того тоннеля. Большой ататат провалился не начавшись. По его словам, вылетели оттуда обе дрезины на скорости гоночных машин, вот только бойцов на них не было. Потом и сами воины выбегать начали с видом, будто в тоннеле отверзлись врата ада, или что покрепче. Понятно стало, что пусть там и детишки, вот только игры у них недетские, и решили садик сровнять с землёй, но не тут-то было. Телекинетики в своём развитии там шагнули явно далеко, потому что ни один снаряд в сад не попал, но при этом и впустую не улетел — паре танков, которые с противоположной стороны от стрелявших стояли, сорвало гусеницы. Детишки затребовали парламентёров — им их, само собой, предоставили. Через час парламентёры вернулись с какими-то бумагами, ошалевшими глазами и долго о чём-то говорили с безопасниками. Закончилось всё по сути ничем — окружение сняли, даже минировать не стали, а потом и нужды не было, поскольку через несколько дней рванул Четвёртый реактор, резко появились другие проблемы и этот проект под шумок свернули. Начальник мой потом краем глаза эти бумаги видел как-то, говорилось там что-то совершенно нереальное, что детишки эти, по сути, являлись не то одним существом, не то коллективным разумом и вроде как дали они слово не трогать людей на условиях, если люди не будут трогать их. Своё слово они держат, как я понимаю — Детского Сада боятся, про него ходят слухи, но если в него не лезть, то последствий от общения с его обитателями можно не опасаться. Вот и сказочке конец.
— И много у тебя таких баек в загашнике? — озадаченно поинтересовался Хендрикс.
— Предлагаешь мне их все рассказывать тут? Мне же вас всех потом пристрелить придётся, как получивших доступ к информации повышенной секретности.
— А мы тебе подписку о неразглашении дадим, — усмехнулся Хендрикс. — Можем даже для уверенности и под попку дать.
— Ладно, юморист, отдохнули и хватит. Подъём.
Дорога постепенно поднималась на вершину холма, через некоторое время сбоку от неё появились железнодорожные пути. Посовещались и решили всё же идти по ним, во избежание внезапных встреч. Шли в молчании, опасливо косясь на запад. Спустя час в отдалении на западе показалось небольшое двухэтажное здание, окружённое деревьями. Не сговариваясь, все дружно прибавили шагу, стараясь делать это не в ущерб осторожности.
— Гвоздь, а Гвоздь, — поинтересовался у того Хендрикс через полтора часа. — Поделись сакральным знанием, куда идём мы с пятачком и с нами наш кагал? Оно понятно, что у вас, шпиёнов, скрытность это профессиональное, но кто знает, может что подсказать сможем?
— Ты про Пансионат слышал что-либо?
— Было дело. Ну в том плане, что только слышал.
— Так вот те господа, которые за артефакты и прочее дают хорошую денежку, по словам Борща, планировали организовать в том месте вроде как временную стоянку, чтобы все имевшие отношение к Институту могли собраться.
— Так это нормально вполне, только зачем скрытничать с нами надо было?
— А потому что именно в ту сторону укатили те самые вояки, которых мы видели ранее. Когда не знаешь, куда и зачем идёшь, поневоле становишься более осторожным, поскольку не знаешь, к чему тебе готовиться.
— А чего тогда сейчас нам рассказал?
— Да потому что уже почти пришли, километр до него. Сейчас через некоторое время где-нибудь в сторонке засядем и обмозгуем, что нам дальше делать. Без разведки туда соваться не стоит.
Посовещались и решили, что как бы ни хотелось быстрее добраться до Пансионата, но делать это всё равно лучше под покровом темноты, поскольку хоть и небезопасно, но неизвестно, есть ли там кто и если есть, то насколько радушным будет приём для четверых странников. Углубились в заросли кустарников, попутно матерясь на изобилие Жгучего Пуха, нашли сравнительно чистое и незаметное с дороги место, где и устроились на привал.
Пансионат находился в небольшом лесном массиве, и вела к нему всего лишь одна дорога, порядком растрескавшаяся от времени. Судя по поломанному кустарнику, имевшему неосторожность вырасти на ней, движение последнее время по ней было достаточно интенсивным. Матрас предложил идти по кустам и даже полез туда на разведку, но достаточно быстро вылез и заявил, что там всё намертво заросло Жгучим пухом. Гвоздь решил сползать по обочине дороги вперёд. Через час вернулся и обрадовал всех, что кроме попавшего в Карусель БТРа на дороге ничего нет, а вот у самого Пансионата стоит один просто сожженный танк, два грузовика с таким видом, как если бы ими в футбол играли титаны, ещё один танк с оторванной башней и валяется несколько мёртвых вояк. Движений на территории не заметно, пулемётных точек не обнаружено, засад вроде нет. Разделились на пары и на всякий случай ползком двинулись по обочинам дороги. Максу выпало быть напарником Гвоздя.
