– Кто такой этот главный булочник. – спросил Грегор у капитана.
– Один из самых богатых людей города и член правящей олигархии. – ответил капитан Эрик.
– Кто бы сомневался. – усмехнулся Грегор. – Понятно, зачем Его Преосвященство так забеспокоился.
Капитан кашлянул и предпочел промолчать.
– Как все это случилось? – спросил Грегор у капитана.
– Знаете, что. – ответил капитан. – Я сам ещё не в курсе. Я не успел ещё отойти от нашего прошлого «приключения». Меня, как и вас вызвали к Его Преосвященству и дали приказ вам помогать во всём, что потребуется. Давайте– ка мы проедем к господину главному булочнику и всё там разузнаем.
– Хорошо. – кивнул мастер Дюк.
– Он, кстати, живет тут неподалеку. – капитан Эрик махнул рукой указав на роскошные дома, выстроенные по краям Центральной площади.
***
Утро у Инги выдалось не таким насыщенным как у мастера Дюка. Она проснулась ещё до того, как солнце осветило этот огромный и переполненный город. Впрочем, истинной причиной такого раннего пробуждения послужила та же причина, что и каждый день до этого. Ей необходимо было зарабатывать на хлеб насущный.
Своих родителей Инга не знала. Старый Август уверял, что её мать была артисткой цирка, а об отце он ничего не знал. По его скудным рассказам мать её прибилась к их балаганчику, когда была уже на последнем сроке беременности и разрешившись от неё, благополучно перешла в лучший мир, подарив этому миру прекрасную девочку, которую старик Август назвал Инга – в честь уже своей матери.
Те времена…. О, старый клоун всегда произносил словосочетание «те времена» с особым вкусом. «Те времена»! Когда он был молодой и имел немалый успех у женщин. Когда их балаганчик имел значительный успех у публики и здесь жила весёлая и дружная компания артистов. Когда они могли позволить себе, чуть не каждый вечер есть мясо и свежие булки, и пить пиво, сваренное в лучших пивоварнях Мариенгофа. Впрочем, те времена давно прошли и сейчас в старом балаганчике, который из– за сломанной передней оси даже не мог ездить, жили только двое Инга и старик Август.
У Инги имелись подозрения, что именно Август и является её настоящим отцом. Подозрения сии, впрочем, были не беспочвенными.
Инга несколько минут лежала на своей в меру жесткой постели и глядела в потолок. Она потянулась и встала. Наскоро умылась холодной водой и скинув одежду стала рассматривать себя в большое, старое и треснутое посередине, но всё ещё отражающее зеркало висящие на стене между большим барабаном, который больше не бил, потому– что кто– то сел на него и прорвал кожаную мембрану и старой вешалкой с костюмами из мадеполама и пикея.
Она была не высока ростом и светловолоса. Как утверждал Август точная копия своей матери.
Инга осмотрела свое молодое и красивое тело, ещё не знавшее мужской ласки. Красивые и очень сильные ноги. Руки с заметными очертаниями мускулов. Плоский живот и небольшой ямочкой пупка. Маленькие, аккуратные груди, подтянутые, увенчанные вишенками сосков.
Остриженные до плеч волосы цвета спелой пшеницы и зеленые глаза.
За тканевой перегородкой заворочался Август, и Инга неожиданно устыдилась своей наготы. Она уже ощущала себя женщиной. Она проворно натянула на себя трико черно– белого цвета и стала надевать баретки.
– Ох–хо–хо! – протяжно зевнул старый клоун. – Ой! …
– Доброе утро! – весело сказала Инга, хотя на душе у неё было совсем не до веселья. Денег не было не копья. Еды, впрочем, тоже. Снова целый день развлекать туповатую публику и подвергать свою жизнь опасности ходя по натянутой на высоте трехэтажного дома леске, чтобы принести домой жалкую горсточку медяков, на которые едва можно было бы купить кусок засохшего сыра и плохо пропеченную в середине булку хлеба.
Право слово, в такие моменты она завидовала шлюхам, которые за пару обслуженных мужчин получали больше, чем она за неделю. Впрочем, она ещё не так низко пала.
На подмостки она вышла ещё в восемь лет и с тех пор этот тяжелый труд был её смыслом жизни.
Она сама не знала, почему выбрала именно профессию канатоходки. Просто так совпало и всё. Хотя Август говорил, что совпадений не бывает.
– Будь осторожней сегодня! – произнес Август. Погладив её ласково по голове. Инга как всегда склонила голову и потянулась словно кошка, ждущая, когда её снова приласкают. Старик рассмеялся.
– Как всегда! – ответила она.
– Горожане нынче с ума сошли! Обвиняют нас в похищении детей и грозятся сжечь Квартал Артистов. И всё из– за этого Балагана Дьявола. – недовольно произнес старик.
– Я уверена, что это всё слухи… – начала было Инга, но Август прервал её.
– Не слухи. Балаган Дьявола существует. Я тогда был молод, когда видел его своими глазами. – Инга знала, что сейчас старик начнет рассказывать о «тех временах» и хотела было уже улизнуть под каким– нибудь благовидным предлогом, зачем бередить свою душу воспоминаниями, о временах, которые давно прошли? Август удержал её.
