Инга покосилась на лежащего в забытье Августа, а затем, юркнув за тканевую перегородку, отогнула край своей постели и извлекла оттуда кошель. Она быстро пересчитала лежащие там деньги.
Немного писать, читать, а главное считать до ста Ингу научила некая Верона. Она была артисткой. Но рано умерла от сифилиса. В двадцать девять лет. Кем была она на самом деле – неизвестно. Она любила распространять байки, будто она не то внебрачная дочь графини, не то сестра самого архиепископа.
Так или иначе жила она ярко. И умерла так же. Зато оставила Инге подарок. Грамотность. А это, в Квартале Артистов была большая редкость.
Инга скупо отсчитала четыре дуката. Затем подумала и добавила пятый. Затем, ещё немного подумав, отняла его и спрятала деньги под матрац.
– Мало! – прохрипела лекарка.
– Пока хватит! – с вызовом ответила Инга. Она бросила взгляд на Августа. Он лежал с закрытыми глазами. Его лицо напоминало лицо покойника. Но он всё ещё дышал.
Старуха поколебалась, но затем сдалась.
– Ну уж ладно! Я пойду – надо торопиться!
Она быстро сунула тускло поблёскивавшие дукаты, не преминув попробовать каждый на зубок, за свой корсет, и затем, поспешила поднять свои юбки и живо, словно молодая сбежать из балаганчика, лишь только бросив напоследок.
– Через три дня – зайди!
Инга осталась одна. Она тяжело и глубоко вздохнула. Нужно снова раздобыть где–то денег. Пять дукатов.
Она коснулась ладонью горячего и немного влажноватого лба Августа и наклонившись к нему, тихо прошептала.
– Прошу тебя – не умри только! Я скоро!
Старик ничего не ответил. Инга поднялась. Она была полна решимости, как никогда. Девушка извлекла кинжал. И ощупав его острое и холодное лезвие, заметила в нём своё отражение. Какой–то странный отблеск жестокости ей не свойственной смутил её. Но она лишь подумала: «Какие времена – такие и нравы!»
***
– Чтоб я сдох! – произнёс капитан Эрик. Перед его взглядом раскинулась сказочная поляна. Прекрасная зеленая трава. Красивые деревья, чьи ветви были увешаны райскими яблочками, ренклодом и мирабелью.
Но настоящим чудом был домик, стоящий посреди этой дивной полянки. Его стены были сложены из мягких имбирных пряников и прослоены нежным кремом из варёных сливок. Крыша представляла собой наслоение марципановых пластинок в виде черепицы. Окошки из разноцветного леденца.
Дверь из вафли, сладкой, ароматной. Это было просто чудо. Капитан и его гвардейцы рты разинули. Никто из них ничего подобного в жизни не видал.
– Гляньте–ка! – воскликнул один из гвардейцев, чьё пузо не могла скрыть даже стальная кираса. – Там источник.
Действительно, за домиком тёк разноцветной водой источник.
– Ничего не жрать! – сурово скомандовал мастер Дюк. – Не смейте даже прикасаться к фруктам или источнику. И даже думать забудьте о сластях, из которых сляпан этот поганый дом. Иначе – вы уже сами собой не будете!
С этими словами мастер–охотник на ведьм развернулся к своей повозке и скинув шляпу, дёрнул за известный только ему рычаг. Борта повозки раскрылись, и капитан Эрик вновь вынужден был искать свою челюсть где– то в районе своих сапог. Внутри повозки находился целый арсенал. Чего там только не было.
Мастер Дюк взял тяжелую кулеврину, которую можно было зарядить чем попало и сунул её за пояс. Затем он вооружился здоровенным шипастым моргенштерном и перекрестившись на небольшой складень, стоящий в углу повозки, круто развернулся на каблуках и зашагал к домику.
– Вы двое – за мной! А остальные – рассредоточиться по периметру! – приказал капитан Эрик и поспешил за ведьмознатцем.
Мастер Дюк подошёл к двери.
– Как, бишь там, нужно постучать? – мрачно спросил он. И не дожидаясь ответа со всей силы ударил моргенштерном в дверь.
Вафля не выдержала такого варварства и разбилась на двое. Грегор тут же вступил внутрь дома. Следом за ним туда юркнули гвардейцы, во главе с капитаном Эриком. Оказавшись внутри домика, они вновь разинули рты.
Его интерьер был ещё более сказочный, чем даже внешность. Посреди его единственной комнаты, которая была больше, нежели могло показаться не первый взгляд, стол вырезанный из белого и розового сахара. На нём располагались торты, пирожные и целая гора конфет, в разноцветных фужерах пенился лимонад и ситро. В углу приветливо горел очаг. Над ним сладко жмурясь дремала чёрная кошка. Она открыла свои большие зелёные глаза и стала внимательно разглядывать пришельцев.
Заметив, что один из гвардейцев ненавязчиво продвигается к столу, мастер Дюк заявил.
– Только попробуй! – затем он окинул взглядом комнату и его взор вперился в клетку, мастер Дюк приблизился к ней. В клетке лежал маленький мальчик в оборванной рубашке.
– Эй! – тихо позвал Грегор. Мальчик вздрогнул. Он медленно поднял голову и туманным взором оглядел охотника на ведьм.
***
– Что–то мне кушать хочется! – заявил пузатый сержант–гвардеец. Он буквально пожирал глазами домик.
– Да ладно тебе, Курт! – сердито ответил ему один из гвардейцев. – Ты вечно пускаешь брюхо впереди мозгов!
– Да пошёл ты! Я хочу попробовать!
– Нет! Курт! Охотник на ведьм сказал нельзя!
