– Да. Мастер–охотник на ведьм Святого Престола Ордена Креста и Молота Грегор Дюк. Прибыл с докладом в Анклав Ордена. Желаю поговорить с капитаном– охотником на ведьм. Пропретором* Анклава.
– По–поводу чего? – осторожно осведомился послушник.
Инга, даже стоя за спиной почувствовала, как Грегор начал закипать.
– Послушай любезнейший! – я не собираюсь говорить с тем, кто примерно равен по должности уборщице. Будь так любезен, провести меня к капитану.
Послушник скис, а затем отстранился, пропуская гостей. Оказавшись в прихожей Инга как следует огляделась. Комната была похожа на уютную гостиную, даже не напоминала о том, что тут был Анклав охотников на ведьм.
Ковры на стенах и полу. Деревья в кадках. Напротив, входа висела картина с какой– то леди.
– Любопытно! – тихо произнёс ведьмоборец мастер Дюк.
Из темноты какого–то дверного проёма появился высокий мужчина лет сорока пяти–пятидесяти на вид. Он был немного полноват, по крайней мере, из–под чёрной робы явственно проступало брюшко. У него были длинные, темные волосы, зачёсанные назад и чисто выбритое до синевы лицо.
– Грегор! – произнёс он как–то очень тепло и благодушно. Но в этом голосе также звучала скрытая осторожность с претензией на враждебность.
– Отто? – с нескрываемым удивлением произнёс мастер Дюк. – Вот старый засранец! Куда тебя занесло! А после того боя с Дракулой в Валахии, после штурма его цитадели Трех Кровей, я думал куда– то это ты пропал, старый лис! А ты оказывается засел тут, в Бирменгеме, да ещё стал, как я погляжу, капитаном!
– Я теперь пропретор Анклава. Осел. Живу тут. – сдержанно произнёс капитан охотников на ведьм Отто. Тебе бы тоже не помешало. Бросить свою жизнь бродячего охотника, и стать кем– то вроде меня.
Я думал, ты, со своей–то целеустремлённостью и удачливостью, а ещё со склонностью одолевать хтонических чудищ, уже как минимум генерал Ордена. – Проговорил Отто. Но в его голосе скрывалась зависть и неприязнь.
– Я вижу ты тут набрал лишнее. – парировал Грегор. Он ткнул Отто в пухлый живот и тот резко согнулся. – Разнежился, как барышня, в самом деле! Я предпочитаю работать в поле. И ещё, нам нужно кое– что обсудить.
– Хорошо, – посуровел Отто. – Прошу в мой кабинет.
Двое охотников удалились.
Инга осталась наедине с юношей, который то краснел, то бледнел перед новой и прекрасной особой.
– Чайку? – наконец он смог хоть что– то выдавить из себя.
Инга не была такой кисейной барышней как он. Поэтому просто ответила.
– Валяй!
Юноша засуетился, расставляя чашки, словно заправская горничная, ну или уж на крайний случай какая–нибудь бонна из дома маркграфа, и наливая китайский чай, принадлежность которого к Поднебесной вызывала сомнения. А вот Инга принялась разглядывать большую прихожую Анклава. Честно говоря, она уже успела разочароваться в Ордене. Как и большинство простых обывателей, она полагала, что слуги Господа, это такие суровые люди, которые денно и нощно охотятся на нечисть, сражаются со слугами зла и никогда не спят.
Что–то между рыцарями из романов и ангелами. На деле всё оказалось куда прозаичнее.
Рыцари жили в доме, похожим на дешевый отель с непомерно завышенными ценами. Обилие ковров и всякой всячины было ещё тем китчем. Да и вели себя они как самые простые смертные. Со своими прихотями, глупостями и некой толикой разврата, который ещё больше увеличивался от сознания собственной важности и громадной власти, которой обладали даже ничтожнейшие из слуг Ордена.
***
Грегор удобно разместился на мягком плюшевом кресле в рабочем кабинете капитана Отто. Явно было, что последний очень любил комфорт и роскошь. Что само по себе было не позволительно для капитана– охотника на ведьм, да ещё и пропретора Анклава Ордена. Впрочем, Орден не запрещал роскошь прямо. Но для епископа без кафедры, а капитан был целым митрополитом такое совсем не потворствовалось.
«Любопытно,» – подумал Грегор, – «если он тут так всё запустил, стоит ли удивляться, что в соседнем крупном городе орудует Балаган Дьявола, а в лесу живут ведьмы и волколаки.»
Кабинет капитана Отто представлял собой правильный квадрат довольно большого размера. Обставленный резной мебелью, весь завешанный искусно вышитыми коврами работ известных мастеров. Над столом висел портрет действующего Понтифика. На соседней стене располагался портрет генерала Севера из прошлого – герцога Альбы**. Прозванного врагами Кровавым герцогом.
