– Тягачи – это дело, – довольно протянул подполковник. – Забираю я у тебя всю технику! Надеюсь, не возражаешь?
– Разве вам возразишь? Товарищ подполковник, я бы хотел провести разведку дальше. Сейчас немец растерян, напуган, бежит вперед паровоза. Более подходящего случая, чтобы продвинуться глубже, может не представиться.
– Ну и хитер, ты Галуза! Специально тягачи с мотоциклами попридержал, чтобы я тебе разрешил дальше ехать. А ведь такого приказа не было. Ты и так забрался дальше всех остальных. Жаль будет, если тебя убьют.
– Не переживайте, товарищ подполковник. Поживу еще!
– Когда же ты отдыхать-то будешь?
– Не время отдыхать. Фашистов нужно бить! Полевая кухня уже подъехала. Перекусим и поедем дальше.
– Здесь я с тобой согласен… Неугомонный ты, однако, Галуза. Возможно, что оно и к лучшему. Выбрал, куда поедешь?
– Известно куда, до Берлина, – улыбнулся капитан.
– Ишь ты, куда хватил! – хмыкнул Стародубцев. – До Берлина нам еще топать и топать! Ближайшая наша задача Елгаву освободить. А для этого нужно обстоятельную разведку в глубоком немецком тылу провести, что само по себе непросто. Сейчас немец после всей той стрельбы, что ты им учинил, будет перегруппировываться и попытается отбить Ионишкис. Виданное ли дело, чтобы двадцать пять человек пятитысячный гарнизон атаковали. Да еще полторы тысячи в плен взяли! По-суворовски воюешь!
– «Не числом, а уменьем», товарищ подполковник.
– Вот что, Григорий, нам трасса Шауляй – Рига нужна, ты это и без меня знаешь… По ней легче всего в глубину вражеской территории проникнуть. Только задача не из простых, сейчас по ней масса техники движется.
– Вот и мы по ней пойдем. При необходимости будем двигаться проселочными дорогами. Обо всем, что увижу, буду докладывать вам, товарищ подполковник. Авось прорвемся!
– Умеешь ты уговаривать, Галуза! У тебя к этому просто какой-то необыкновенный дар, – посетовал подполковник Стародубцев. – Попробуй добраться до Елгавы. Большой населенный пункт, там серьезный гарнизон расквартирован. В глубину его не заходи, задавят! Это город-крепость. Закрепись где-нибудь на окраине и держи круговую оборону, пока наша танковая бригада не подойдет. До Елгавы примерно столько же, сколько ты уже прошел. Конечно, мы понимали, что ты разведчик, каких на весь фронт – на пальцах одной руки сосчитаешь, но даже от тебя не ожидали такой прыти! И отдельное тебе спасибо, что не дал немцам мост через Мусу взорвать, тогда бы наши дела были посложнее… Ну и за пленных, конечно. А сейчас зови своих разведчиков, распоряжусь, чтобы вас накормили как следует и в первую очередь!
Сборы в дорогу были короткими. Бронемашины оставались в полном порядке, не считая двух небольших поломок у третьего бронеавтомобиля БА-64 и второго бронетранспортера SdKfz 251/9. У бронеавтомобиля, перегруженного бронекорпусом, задний мост при отключении переднего не мог справиться с возросшими нагрузками, что привело к поломкам полуосей и дифференциала. А у бронетранспортера поломались распашные кормовые двери, через которые осуществлялось десантирование, да еще отказала боеукладка внутри боевого отделения. В обоих случаях требовалась небольшая сварка.
Заправили полные баки топлива, которого хватит километров на триста. До Берлина, возможно, и недостаточно, но вот до Риги хватит наверняка! Так что в разведку двигались с хорошим настроением.
К танковой бригаде подтянулись обозные части, а кашевары, не тратя впустую времени, занялись приготовлением горячего питания. Прием пищи времени много не занимал. В этот раз полковые кулинары приготовили кулеш – одно из любимых блюд всего фронта. Готовился он из мяса, срезанного с ребрышек, пшена, картошки, а также из обжаренной грудинки с порезанными головками репчатого лука. Вся эта вкуснятина накладывалась в кипящие котлы и варилась до тех пор, пока не приобретала однородную массу. В готовом виде варево походило то ли на густой суп, то ли на жидкую кашу. Получалось невероятно вкусно и сытно.
Танкисты обедали прямо на корме танков, а вот пехота расположилась в каменных руинах, в которых можно было отыскать и стул, и стол; некоторые бойцы облюбовали упавшие балки, но большинство сидело прямо на камнях или кирпичах, поставленных коротким столбиком. Разведчики успели соскучиться по настоящей солдатской пище: ели с аппетитом, громко нахваливали поваров, выскребали со дна котелка остатки. Немцы, управлявшие тремя бронетранспортерами в колонне, держались особняком, о чем-то негромко переговариваясь вполголоса. За прошедшие сутки они проявили себя наилучшим образом, и трудно было понять, в чем причина столь примерного поведения – то ли они действительно были антифашистами, то ли боялись разведчиков, сидевших рядом с ними с финками. Отсутствием аппетита немцы также не страдали, лопали солдатскую похлебку с такой ретивостью, будто это варево было последним в их жизни. Похоже, что стряпня русских кашеваров им пришлась по вкусу.
