Отсюда не вызывало удивления поведение огромного числа солдат двуединой монархии, которые порой начинали сдаваться целыми ротами и даже батальонами, не производя ни единого выстрела. И даже были случаи угона экипажами своих кораблей с целью сдачи в плен итальянцам. Не броненосцев с крейсерами, конечно, а миноносцев. Но все же! Все же! А началось все с возвращения к берегам Австро-Венгрии эскадры адмирала Романова. Естественно, в сильно обновленном составе.
Прекрасно понимая, что уже к началу лета 1918 года России требовалось открытие Италией полноценного нового фронта на Адриатике, командующий Черноморского флота оказался вынужден кидать свои авианосцы в новый бой, едва те прибыли с Дальнего Востока в средиземноморье. Даже без захода в Черное море, они тут же были направлены к Мальте, где уже заканчивалось формирование флота, должного поставить жирную точку на существовании военно-морских сил Австро-Венгрии.
Было попытавшиеся повторить успех русских с применением авиации против базы Пола, итальянцы оказались очень неприятно удивлены теми потерями, что с первых же вылетов начали нести их Корпо Аэронаутика Милитаре[24]. Превосходные для своего времени тяжелые многомоторные бомбардировщики конструкции Капрони, моделей Са-1/Са-3, столкнулись в небе Полы не только с сильным заградительным зенитным огнем, но также с вражескими истребителями. Причем, отнюдь не с тихоходными гидропланами Lohner E, а с превосходными новейшими Lohner L и Альбатросами DIII, лицензия на производство которых была приобретена у Германии. И обо всем, об этом они не постеснялись сообщить своим союзникам, когда к ним пришли с предложением о помощи. Да, да, да! Именно и только так! С предложением о помощи! Британцы, приведя с собой «за руку» русских с французами, выказали величайшее желание оказать содействие своим итальянским союзникам в деле уничтожения их главного врага на море. То есть сделали им огромное одолжение со своей стороны, а не принялись исподволь подталкивать к увеличению масштабов сухопутных сражений. В общем, поступили как всегда, подложив свинью с доброжелательной улыбкой на устах. Чему, в принципе, на протяжении всех этих лет обучал своих соратников Иван Иванович Иванов, дабы те научились воевать с главным противником России его же оружием. Такие методы можно было не любить и не одобрять. Но это вовсе не означало, что им не следовало пользоваться самим, коли они раз за разом демонстрировали свою актуальность и эффективность.
В общем, из-за вовремя полученной от итальянцев информации, основной ударной силой ныне предстояло выступать отнюдь не авиаторам, а канонирам многочисленных привлеченных к данной операции броненосцев. Целых тридцать кораблей этого класса удалось набрать с английского, французского и итальянского флотов, дабы применить их артиллерию для растирания в пыль устаревших фортов и батарей береговой обороны защищающих Полу. Однако, прежде чем пускать стареньких тяжеловесов к барьеру, в первую очередь следовало позаботиться об их безопасности, поскольку, что торпеда, что якорная мина, грозили гибелью любому из них. А это было не по плану!
Две недели дюжина эсминцев и противолодочных кораблей Черноморского флота рассекали по всей Адриатике, выискивая в ее водах немногочисленные вражеские субмарины. За это время они умудрились перехватить и потопить три каботажных пароходика и старый номерной миноносец ходившие под флагом Австро-Венгрии. И это было всё! Ни подводных лодок, ни эсминцев, ни крейсеров, противника на их глаза и уши так и не попались. Потому, повздыхав и перекрестившись, великий князь Александр Михайлович отдал приказ на выдвижение авангарда.
