Даже ему понятно, без вынесенных вперед наблюдательных постов и телефонной связи палить по вздымающимся горам бесполезнейшее занятие. Исключительно для докладов в высшие инстанции. Если они кого и охраняли, так сами себя. Да и то в батальонах присутствовали 76-линейные гаубицы и 80-линейные бомбометы. Оно и к лучшему. Подставлять шею под ножи горцев совершенно не хотелось. Служить тоже, но здесь уже ничего не поделаешь.
Он вскрыл банку штыком и принялся вытряхивать прямо на землю куски мяса. Обычно «Фермер» сразу принимался жадно жрать, будто набивал брюхо впрок. При его размерах три консервных банки в сутки было нормальной нормой, но ему тащили и остатки от питания, никогда не забывая недоеденное доставить прямо под нос.
Кормили их не то чтобы страшно много, однако голодным никто не вставал из-за стола. Так что без еды пес не оставался. Человеку бы хватило, сколько он сжирал. Многие был уверены в наличии у несчастной собачонки глистов. Иначе не объяснить худобу и количество проглоченного продукта. Ветеринар ничем помочь не мог. У него что и было, так для лошадей. А заказывать в городе на складе он не хотел. Не дохнет, вот и славно. Обойдется.
– Ты чего? – изумился Нил.
«Фермер» вместо того чтобы наброситься на ужин застыл на напряженных ногах. Потом голова повернулась противоположную от лагеря сторону и он уставился на что-то невидимое в темноте. Шерсть встала дыбом и пес угрожающе зарычал.
Нил недоуменно озирался, бросив банку и судорожно схватившись за винтовку. Такого поведения он еще не видел. На офицеров всегда поднимался суматошный лай, на солдат пару раз гавкнет для порядка и успокоится. Может какое-то животное?
Из темноты неожиданно вынырнуло множество теней и под нервный лай «Фермера» понеслись в сторону артиллерийских позиций. Нил попытался передернуть затвор и впервые в жизни у него ничего не получилось. Никогда за ним такого не числилось, чтобы руки дрожали. Даже с перепою.
– Не лапай винтовку, – сказал с ощутимой угрозой в голосе возникший неизвестно откуда парень. Ствол странного кургузого оружия, (ППВ, с неуместным облегчением вспомнил Нил рассказанное сержантом) смотрел ему в грудь. – Положил тихо и руки поднял.
– Да он все понял, – заявил еще один и забрал «Литу». – Для тебя все закончилось. Сядь и не двигайся. А то попадешься случайно под руку и достанется. А ты молчи гаденыш! – это уже прозвучало в адрес «Фермера». Тот моментально послушавшись, замолк. – Патроны давай сюда, снимая подсумок, пробурчал лигист.
На петлицах у него были знакомые полоски. Очередной сержант. Не дай Бог, что не понравится, порвет на куски – они все скоты и звери. Наши, ихние. За что Боже?
Нил плюхнулся задом на землю и через секунду пришельцы испарились. Он тяжело подумал и попытался снова встать. Ноги его не держали. Его не убили и это здорово, медленно ворочались в голове мысли. А как же остальные? Капитана совсем не жаль, да и сержанта тоже. Все-таки они там не одни, а эти добрые молодцы пришли не пряники раздавать. Крикнуть? Тогда точно прибьют.
За спиной грохнул выстрел и тишина закончилась. Выстрелы, крики, взрывы. Нил снова сел и принялся молиться. Пусть по его вине людей погибнет как можно меньше. Не он один такой. Стрелять начали слева, где третий дивизион. Там тоже прорвались прямо к казармам.
Все точно знали куда бежать и что делать. Операция многократно обговаривалась и даже разыгрывалась на макете. Все было вколочено на уровень рефлексов. База достаточно большая. Штаб дивизии, отдел снабжения, тыловые подразделения, обозники. Несколько десятков казарм барачного типа. Склады, позиции батарей. Имелось электричество. Огромный генератор, неизвестно каким образом затащенный наверх, работал на бензине. Здешний начальник большой любитель комфорта.
На бегу никто не стреляет. Прицел сбивается, движение замедляется. Страха не было. Все твердо знали – смерть может прийти к любому. Она всегда рядом и смотрит на тебя. Это аксиома, вещь, не нуждающаяся в доказательствах. Если ты слышишь пулю, значит, она уже пролетела мимо. Забудь обо всем, исполняй приказ.
Встать у двери. Дождаться пока напарник метнет в проем гранату. Ворваться, поливая все вокруг из ППВ. Динас прикрывает спину и это хорошо. Он парень надежный. Нажать кнопку, вставить новую обойму, передернуть затвор. В углу казармы дико кричит раненый. Прямо у входа два покойника. Это его. Он убил.
– Руки вверх! – орет рядом чей-то смутно знакомый голос.
Здоровый усач в одних подштанниках и с безумными глазами поворачивается к ним. Винтовка в руках и ствол смотрит прямо в лицо. Выстрел карабина из-за спины и он летит на засыпанный штукатуркой и побелкой от пуль направленных в потолок пол. Хотел мужик в исподнем бросить «Литу» или сопротивляться, уже не выяснишь.
– На пол!
– Кто не подчинится умрет!
