Франк просит у Инги разрешения отлучиться. Она делает какой-то неопределенный жест рукой и закуривает. Франк увлекает Жоржа в винный погреб.
– Где Лучано?
– На кухне у Джанни. Да что случилось, Жорж?
– Меня сейчас предупредил один парень из банды Лафона. В отеле кто-то стукнул гестапо, что Лучано – еврей. Они уже едут проверить! С него снимут штаны!
– Что?! Кто донес?
– Какая разница, Франк! Не стой, шевелись, предупреди парнишку. Ему надо валить, иначе заберут. И тебя заодно, старик!
– Но как же…
– Говорю тебе, пошевеливайся! Я пока что встану за стойку.
Франк с трудом приходит в себя.
Левый шнурок развязался, он останавливается и не спеша завязывает его. Торопиться нельзя. Надо выглядеть нормально. Думать о том, что будет дальше. Идти. Не бежать. Дыхание.
– Добрый вечер, господа.
– Добрый вечер.
– Могу я вам чем-то помочь?
– Мы ищем бар господина Мейера.
– Франк Мейер – это я. Счастлив вас приветствовать. Бар находится в конце коридора, сразу после витрин ювелирного магазина Cartier, справа от вас. Усаживайтесь, я сейчас вернусь.
Если Франк не хочет, чтобы его тоже поймали, их не должны видеть сегодня вместе. Значит, на кухню идти нельзя. Он решает спрятаться в тамбуре возле прачечной и через полуоткрытую дверь смотреть, когда появится ученик. А потом он поклянется Элмигеру и трем гестаповцам, что Лучано сегодня не показывался на рабочем месте. Сколько у него в кармане наличности?
– Лучано!
– Месье? Что вы тут делаете?
– Тс-с! Заходи сюда, живо, чтоб никто не видел. В баре гестапо. Пришли проверить, есть ли у тебя обрезание. Надо бежать, мой мальчик, прямо сейчас! Я знаю способ выпустить тебя отсюда так, чтобы никто не увидел. Документы при тебе?
– Да, месье, я всегда…
– Слава богу! Теперь слушай. Нас не должны видеть вместе. Выйди чуть раньше меня, встретимся у входа в подвальную кладовую для хранения багажа.
Лучано ошеломлен и смотрит на начальника, явно ничего не понимая.
– Пройди через кладовую у парикмахерского салона, в такой час там нет ни души. Понял?
– В… парикмахерскую. Кладовая для хранения багажа.
– Увидимся на месте через пять минут. Ну, живее!
– Хорошо, месье.
– Лучано! Не беги. Шагай нормально. До скорого.
Мальчик так напуган, что у бармена сжимается сердце.
– Добрый вечер, сударыня.
– Вы не за барной стойкой, Мейер?
– Загляну на кухню, у меня закончилась малина.
– Сегодня утром нам доставили шесть ящичков, по-моему, еще не все израсходовали. Скорее возвращайтесь за стойку. И сделайте лицо поприличнее. Господи, вы бледны, как смерть, распугаете нам клиентов!
Чтобы запомнить, Франк прикусывает себе кожу на запястье – давняя привычка. Больно! Кишки свело судорогой, руки потеют, и какая-то иголка шарит в сердце.
Там у него друг – Шарль. Шарль выручит, Шарль поддержит, если надо.
– Ага! Уже добрался. Отлично. Иди за мной.
Лучано стоит прямо, но бел, как полотно.
– Кто вас предупредил, мсье?
– Жорж.
– Это Мари Сенешаль, точно она меня сдала. Шлюха.
– С чего ты взял?
– Она заарканила нового фрица и уже неделю косо смотрит на меня.
– Это почему?
– Кто-то нарисовал букву «К» на дверце его шкафчика.
– Только не говори, что…
– Откуда ей знать, меня никто не видел.
Лучано плачет.
– Малыш, горевать и правда нет времени. Мы на месте. Вон, за колонной, видишь потайную дверь?
– Да.
– Проскользни вдоль стенки и потом надави на дверь. Вперед!
