Бармен отеля «Ритц» полностью

– Ну что за напасть! Гестапо рассержено его исчезновением. Зюсса подозревают в том, что он обошел Хаберштока. Вам что-либо известно на этот счет?

– Мне? Нет, ничего.

– Завтра в девять утра меня вызывают на авеню Фош[27]. Позвоните, если что-либо узнаете.

– Разумеется, господин Элмигер. Счастливо добраться.

– В каком смысле?

– Извините, это я прощаюсь с клиентом, который едет в Лиссабон.

26 июля 1943 г.

Но откуда узнал Лучано?

Франк даже не стал его расспрашивать, – сам обрадовался не меньше. Бенито Муссолини отстранен от власти более умеренными итальянскими элитами, напуганными продвижением на Аппенины войск союзников.

Дуче арестован по приказу короля.

Первый удар по фашистскому лагерю.

Лучано взволнован чуть ли не до слез от мысли, что еще до конца года сможет увидеть мать. Он здесь уже пять лет – для двадцатилетнего парня это целая вечность. Да и для матери, лишенной сына, – тоже. Впервые Франк обнимает Лучано, на глаза наворачиваются слезы. Франк пообещал, что, отработав, они выпьют по бокалу «Вдовы Клико». Он даже разрешил Лучано отлучиться на час перед началом работы, пусть пообщается с младшим поваром-неаполитанцем – они подружились, пусть проживут такое событие вместе!

– Только не забудь, что ты швейцарец из Лугано! – хотел напомнить ему Франк, но мальчик уже убежал. Догадывается ли его друг-неаполитанец? Это даже не важно, их объединяет ненависть к оккупантам, а родной язык на чужбине заменяет им родину.

Муссолини в тюрьме.

Просто не укладывается в голове.

Неужели такая же участь ждет и Гитлера с Петеном?

Атмосфера накалена до предела. Уже в полдень густой серый дым заволакивает небо над площадью Согласия. У ворот сада Тюильри собрались десятки зевак. От Элмигера пришло объяснение: это немцы жгут в саду возле галереи «Же-де-Пом» конфискованные картины – «произведения художников-дегенератов, от которых необходимо очистить землю Франции». Франк вспомнил о той картине Пикассо, которую Зюсс купил у испанского художника.

Неужели они жгут даже Пикассо?

Неужели перед уходом они сожгут все, устроят Франции последнее наказание, последнюю кару?

Но прежде Франку еще выпадут долгие дни сомнений и страха. И новые встречи с Ингой Хааг. Вот, кстати и она, вместе со своим серым котом.

– Дорогой Франк, здравствуйте! У вас найдется миска воды для Раймунда?

– Конечно. К сожалению, малину сегодня утром не доставили.

– Это абсолютно не важно. Сегодня я хочу сухой мартини.

– Сию минуту приготовлю.

Инга Хааг изумительно хороша в этом летнем платье-рубашке! Расширенный низ подчеркивает бедра, разрез приоткрывает ноги, но все пристойно. Какая-то новая модель, не видал ничего подобного. Бармен заставляет себя смотреть на шейкер и мысленно подыскивает тему для разговора. Можно ли затронуть при ней арест дуче? Что, кстати, она может думать о случившемся? Юнгер на этой неделе научил его одной хитрости, позволяющей исследовать душу собеседника. «Не обходите сложные темы», – сказал он. «Можно упомянуть, например, о немецкой армии, завязшей на Курской дуге. Если человек считает, что ситуация вполне поправима или говорит про “тактическую паузу”, то вы знаете, кто перед вами, и дальше вежливо обмениваетесь банальностями. А если все по-другому, то, скажем, это первый шаг к возможному взаимопониманию. Хотя не все следует принимать за чистую монету».

– Ваш сухой мартини, сударыня.

– Благодарю вас.

Франк всегда следит за тем, как Инга Хааг подносит бокал к губам. Это его возбуждает, и она прекрасно понимает, что с ним происходит. Хотелось бы знать, чего она добивается.

– В чем ваш секрет, Франк?

– О чем вы?

– Такого вкусного сухого мартини я больше нигде не пробовала. Наверняка у вас есть какая-то хитрость, не так ли?

Франк широко и облегченно улыбается.

– Ну что ж… все дело во льду. Необходимо класть кубики в стакан при совершенно определенной температуре: от шестнадцати до семнадцати градусов ниже нуля, вот как сейчас. Это «подхлестывает» джин, отсюда и весь фокус.

– Фантастика. Вы настоящий художник.

Чем больше он выдумывает, тем больше ему верят. Кто хоть на секунду вообразит, что кубики льда в хрустальном ведерке могут хранить постоянную температуру? Инга Хааг – не единственная жертва его обмана. За последние недели Франк наловчился вешать клиентам лапшу на уши: так он тренируется на случай допросов.

Теперь он подумывает обсудить с ней вчерашнюю неожиданную победу Семильяна на ипподроме в Венсенне, но тут в бар почти вбегает Жорж. С его красного лба стекают капли пота.

А ведь у Жоржа сегодня выходной.

– Спешил, как мог, Франк! – говорит он, все с трудом переводя дух.

– Успокойся, что происходит?

– Нужно поговорить! Срочное дело!