Как-то Белая выехала в прерию одна на своей Лори. Хения охотился с Равнинными Волками, и она была предоставлена самой себе. Осеннему Листу уже тяжеловато было ехать даже на смирном пони, от долгой ходьбы у нее отекали ноги, и Белая пообещала поискать для нее траву, которая бы сняла отеки. Широкое Крыло, доверив жену заботам родных и подруги, отправился с Хенией. Вдруг Белая услышала выстрелы, насторожилась и, соскочив с Лори, прихватила с собой ружье, без которого Хения не разрешал ей покидать пределы лагеря. Как далеко она отъехала от лагеря Белая не знала, поглощенная поиском нужной травы. Бабахнул второй выстрел, уже ближе, и Белая, кравшаяся на его звук, поняла, что движется в правильном направлении. Она оставила Лори, а сама продолжала осторожно идти вперед, держа ружье наготове. Третий выстрел прогромыхали совсем рядом, заставив ее упасть на землю, и продвигаться дальше ползком. Последовали еще выстрелы и раздавались они из-за края откоса с еще зеленой и сочной травой, высившийся над высушенной солнцем прерией. Грянувший выстрел буквально вжал молодую женщину в землю, за ним последовали другие выстрелы, звучавшие беспорядочно. Надеясь, что стрелявшие слишком увлечены, Белая рискнула подползти к краю откоса и осторожно выглянуть. Три бледнолицых всадника носились среди, отбитого ими от основного стада, группы бизонов, валя их выстрелами. После того, как бизоны были перебиты, соскочив с коней, принялись свежевать их, снимая и забирая шкуры, оставляя валявшиеся туши гнить на земле. Пропадало ценное мясо, и все ради шкур, которые браконьеры сбудут, оставляя племя индейцев в убытке. В лагере сиу белые не появлялись уже давно, опасаясь Хении, а Бурый Медведь, насколько знала Белая, никому не давал дозволения охотиться на его землях и уж точно не согласился бы на подобное вредительство. Она распласталась на земле, наблюдая за бесчинством браконьеров. "Черты бы вас побрал, проклятые недоумки", - выругалась Белая, почему-то по-английски. Ее охватила холодная ярость. Нужно было остановить тупых ублюдков, творящих беззаконие на землях сиу. Она подняла ружье, деловито взяв на мушку самого дальнего браконьера, погнавшегося за убегающим бизоном, посчитав, что всегда успеет подстрелить тех, кто находился ближе к ней. К тому же они спешились, снимая шкуры с бизонов, что было удобно для нее. Палец Белой плавно лег на курок, когда к ее лицу прижалась широкая твердая ладонь.
- Тише, - прошептал ей на ухо Хения, отводя ее палец от курка.
Он заставил ее медленно и незаметно отползти назад и когда разрешил встать, то Белая увидела стоящих рядом с ним Равнинных Волков и непонимающе глядела в их суровые, неподвижные лица. Почему они позволяют твориться подобному бесчинству? Не скрывая гнева, она знаками спросила об этом мужа, не замечая, что и он и его воины как-то странно смотрят на нее. Было, похоже, что они полностью одобряли ее действия, тогда почему Хения не позволил ей расправиться с этими ублюдками внизу? Она бы проявила незаслуженное ими милосердие, убив их быстро, потому что в плену у индейцев, их вряд ли ждала легкая смерть.
- Там, - показал Хения в сторону от места, где истребляли сейчас бизонов, - лагерь трапперов. Если они услышат выстрел чужого ружья, они обнаружат нас. Возвращайся в лагерь. Мы займемся ими сами.
Равнинные Волки закивали, с улыбкой показывая на свои луки и стрелы.
- Расскажи Бурому Медведю все, что видела и передай мои слова, чтобы шли к Громовому Ручью, - велел ей Хения.
- Бледнолицые негодяи, - зло процедила Белая, вскакивая на Лори и понукая ее коленями, не видя, как индейцы снова переглянулись между собой.
В ней все кипело от гнева. Равнинные Волки нагнали племя ночью, когда оно остановилось на привал, разбив лагерь у Гнилого Ручья. Откинув полог, Хения бесшумно скользнул в палатку и, стянув через голову пропыленную рубаху, забрался под меховую полость к жене, притянув ее, горячую со сна, к себе. Белая, еще не совсем проснувшись, тотчас обняла мужа.
- Почему они делают это? - спросила она, пристраивая голову на его широкой груди. - Ведь не идиоты же они, чтобы не понимать, что творят и чем это может обернуться для них?
- Они знают, что делают, - вздохнул Хения. - В последнем договоре с Белым Отцом в Вашингтоне, было сказано, что эти земли будут принадлежать нам до тех пор, пока не исчезнет последний бизон.
- И теперь они истребляют бизонов, чтобы мы вымерли от голода или сами ушли отсюда! - подскочила Белая. - Какие мерзавцы!
Хения закрыл ей рот ладонью, покосившись на спящую Легкое Перо.
- Ты хочешь перебудить весь лагерь, жена? - прошептал он, притягивая ее к себе. - Чем произносить брань, пусть эти губы лучше целуют меня.
