Судьба царя с оленьими рогами, наиболее известным примером коего выступает галльский рогатый бог Цернунн, отражена в архаическом греческом мифе об Актеоне, превращенном Артемидой в оленя и растерзанном собственными собаками. Она совершила этот акт колдовства во время своего ежегодного возрождения, «anodos», когда вновь обретала девственность, купаясь обнаженной в священном источнике, после чего выбирала очередного возлюбленного. Ирландская Гарв Ог с ее гончими – та же богиня, а вкушает она оленину и орлиные грудки. Любопытно, что древний миф об обманутом царе-олене сохранился в популярном и в Британии, и на континенте обыкновении изображать обманутого мужа с раскидистыми рогами. Ряженые в карнавальных костюмах и в масках оленей в стаффордширском Эббот-Бромли, участники празднеств по случаю Майского дня, почти неотличимы от «ряженых оленей» Сиракуз в древней Сицилии, а если судить по дошедшему до нас фрагменту эпической поэмы о Дионисе, первоначально одного из ряженых, представляющего оленя-Актеона, загоняли, убивали и пожирали. В священной роще на аркадской горе Ликей обычай преследовать, убивать и пожирать человека, облаченного в оленьи шкуры, сохранялся и во времена Павсания, хотя объясняли его уже наказанием за непрошеное вторжение в святыню. На Сардинии была обнаружена статуэтка бронзового века, изображающая человека-оленя с коротким хвостом и рогами, похожими на дубовую листву. В одной руке он держит стрелу, а в другой – лук, превратившийся в извивающуюся змею. Его рот искажен, взор выражает вполне понятный ужас при виде столь жуткого зрелища, ведь змея – это смерть. О том, что олень был неотъемлемой частью элизийского вещего культа, свидетельствует история плавания троянца Брута на остров Леогреция, где луна ниспослала ему пророческое видение, пока он спал, завернувшись в шкуру только что освежеванного белого оленя, кровью коего окроплялось жертвенное пламя.
Культ оленя значительно древнее культа критского Минелафоса: его существование доказывают палеолитические рисунки в пещерах Альтамиры в Испании и в пещере «Три Брата» в Арьеже, во французских Пиренеях, относящиеся по меньшей мере к 20 000 г. до н. э. Рисунки в пещерах Альтамиры созданы представителями ориньякской культуры, которые оставили свидетельства своих ритуалов в пещерах Домбошавы и других местностях Южной Родезии[254]. На обнаруженной в Домбошаве наскальной росписи изображены десятки фигур, а ее центральный сюжет – смерть царя в маске антилопы и подобии широкого пояса, стягивающего грудную клетку. Он умирает, вскинув руки и подняв одно колено. Умирая, он извергает семя, превращающееся в груду зерна. Старая жрица, лежащая у котла, либо подражает его предсмертным мукам, либо вызывает их посредством имитативной магии. Рядом юные жрицы танцуют у реки, окруженные грудами плодов и переполненных корзин, вдаль уходит скот, нагруженный плодами, а гигантского бизона умилостивляет жрица в компании стоящего на хвосте питона. Культ оленя и культ быка в Домбошаве явно составляли единое целое, однако олень, очевидно, почитался выше, поскольку основное внимание уделяется именно умирающему царю. Эти культы были неотделимы друг от друга и в ориньякской культуре. Рисунок в одной из пещер департамента Дордонь[255] изображает человека-быка, танцующего и играющего на музыкальном инструменте в форме лука для стрельбы.
Критский культ козла-Минотрагоса, по-видимому, занимает некое промежуточное положение между культом Минелафоса и культом Минотавра. Зевса Критского выкормила коза Амалфея. Атрибутом богини Афины считалась эгида («козья шкура») – щит из шкуры Амалфеи, которую вначале отец Афины Зевс носил вместо плаща, дабы отвратить злые чары. На берегах озера Тритон[256], когда буря выбросила «Арго» на мель, Ясону предстала в триедином облике богиня Ливия, облаченная в козьи шкуры. Тем самым она отождествила себя с Эгой, сестрой Гелики («ивовой ветви») и дочерью царя Крита, – с другой Эгой, Амалфеей в человеческом облике, – и с самой Афиной. Предание о ливийском происхождении Афины подтверждается сравнением способов гадания у греков и римлян. В Ливии год начинается осенью, в сезон зимних дождей, с появлением перелетных птиц с севера, однако в Северной Европе и Причерноморье год начинается весной, с появлением перелетных птиц с юга. В большинстве греческих полисов год начинался осенью, а греческие жрецы-авгуры, созерцая полет птиц, оборачивались к северу, месту рождения Афины, ибо ей были обязаны своим искусством прорицания. С другой стороны, римские авгуры во время гаданий оборачивались на юг, поскольку дарданцы (потомки которых, патриции, были в эпоху ранней республики единственными, кому дозволялось совершать пророчества) некогда переселились на Апеннинский полуостров из Причерноморья, куда птицы из Палестины и Сирии прилетают весной. Римский год начинался весной.
