Ведь римляне и в республиканскую эпоху продолжали использовать звук Ng в позиции начала слова, они даже писали слово «natus» как «gnatus», а «navus» («прилежный») как «gnavus» и, возможно, произносили этот звук как «gn» в середине таких французских слов, как «Catalogne» и «seigneur».
Складывается впечатление, что именно грек Эпихарм изобрел древний вариант Кадмова алфавита, который, согласно Диодору, состоял из шестнадцати согласных, а именно из тринадцати согласных Паламедова алфавита, приведенного выше, за вычетом Ng и с добавлением «дзеты» (Zeta) и «пи» (Pi), заменившей «коппу» (Q). Кроме того, он прибавил еще буквы «хи» («Chi») и «тета» («Theta»). Однако Гигин приписывает Эпихарму изобретение только двух букв, и самые авторитетные источники полагают, что это «хи» и «тета». Поэтому тайными буквами Паламедова алфавита, скорее всего, были «пи» (или «коппа») и «дзета», подобно тому как Quert и Straif были сокрытыми буквами алфавита Бет-Луш-Нион. Гигин не упоминает их, поскольку они писались как удвоенные C и S.
Мы знаем, что Симонид впоследствии изъял из алфавита придыхательный H и дигамму F, которую заменила «фи» (Phi), и добавил «пси» (Psi), «кси» (Xi) и две гласные – долгую Е, «эту» (Eta), которой он придал свойство придыхательного H, и долгую О, «омегу» (Omega). В совокупности это увеличило число букв в алфавите до двадцати четырех.
Видимо, все эти азбуки были тщательно продуманными священными алфавитами, а не избирательной греческой транскрипцией коммерческого финикийского алфавита из двадцати шести букв, начертанного на вазах из Формелло-Черветери. Одно из достоинств Эпихармова алфавита заключается в том, что он состоит из шестнадцати согласных, а шестнадцать – число, символизирующее прирост, и двадцати одной буквы в целом, а двадцать один – число, посвященное Солнцу со времен фараона Эхнатона, который около 1415 г. до н. э. учредил в Египте монотеистический культ солнечного диска. Эпихарм, представитель рода Асклепиадов, был потомком Солнца.
Следует отметить, что введенные Симонидом согласные имели искусственный характер (ранее «кси» писалась как сочетание «хи» и «сигмы», а «пси» – «пи» и «сигмы»). На деле в них не было никакой нужды, по сравнению, например, с необходимостью введения новых букв, чтобы отличать долгий вариант А и I от краткого. Подозреваю, что Симонид сочинил на основе алфавита тайное заклинание, состоящее из привычных названий букв греческого алфавита, используя и согласные, и гласные, которые он расположил в три ряда, по восемь букв в каждом, а каждая буква представляла в заклинании одно слово. Например, «кси» и «пси» могут составить «xiphon psilon», «обнаженный меч». К сожалению, аббревиатуры большинства названий греческих букв слишком кратки, чтобы я мог как-то подтвердить свою гипотезу. Завесу этой тайны иногда приоткрывают названия некоторых букв – например, «ламбда» («lambda»), по-видимому означавшее «lampada» («факелы»), или «сигма» («sigma»), означавшее «sigmos» («шипение „Тише! Ш-ш-ш!“»).
Но можем ли мы догадаться, почему Симонид исключил из алфавита буквы F и H? И почему Гигин-испанец и ирландский автор надписи на Калланском камне скрыли эти две буквы под начертаниями B и T? Мы можем начать с того, что этрусский календарь, заимствованный римлянами во времена республики, состоял из нундин, или периодов по восемь дней в каждом, которые греки именовали «огдоадами», и что римской богине мудрости Минерве было посвящено число пять (писавшееся как «V»). Мы можем отождествить Минерву с Карментой, поскольку именно ей в Риме приписывали изобретение искусств и наук и поскольку наполненные цветами ладьи, возможно выточенные из ольхи, спускали на воду в ее празднество, квинкватры. «Квинкватры» («Quinquatria») означает «пять палат», видимо в честь пяти времен года, и отмечались они спустя пять дней после праздника весеннего нового года в честь календарной богини Анны Перенны. Следовательно, мы можем предположить, что эти пять дней – остаток от деления года на пять времен по семьдесят два дня в каждом, ведь святость чисел пять и семьдесят два сходным образом устанавливает система Бет-Луш-Нион.
